Служебное положение

Содержание

Использование служебного положения — квалифицирующий признак при совершении корыстных преступлений: мошенничества, присвоения и растраты

В соответствии с п. 29 Пленума Верховного суда РФ от 30.11.2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты (часть 3 статьи 159, часть 3 статьи 159.1, часть 3 статьи 159.2, часть 3 статьи 159.3, часть 3 статьи 159.5, часть 3 статьи 159.6, часть 3 статьи 160 УК РФ), следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными пунктом 1 примечаний к статье 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным пунктом 1 примечаний к статье 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации).

Признак совершения преступления с использованием своего служебного положения отсутствует в случае присвоения или растраты принадлежащего физическому лицу (в том числе индивидуальному предпринимателю) имущества, которое было вверено им другому физическому лицу на основании гражданско-правовых договоров аренды, подряда, комиссии, перевозки, хранения и др. или трудового договора. Указанные действия охватываются частью 1 статьи 160 УК РФ, если в содеянном не содержится иных квалифицирующих признаков, предусмотренных этой статьей.

Согласно примечания к ст. 285 УК РФ должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительный, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, государственных компаниях, государственных и унитарных предприятиях, акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит РФ, субъектам РФ или муниципальным образованиям, а также в Вооруженных силах РФ, других войсках и воинских формированиях РФ.

В соответствии с примечанием к ст. 318 УК РФ представителем власти признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ № 19 от 16.10.2009 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» под организационно-распорядительными функциями следует понимать полномочия должностного лица, которые связаны с руководством трудовым коллективом государственного органа, государственного или муниципального учреждения (его структурного подразделения) или находящимися в их служебном подчинении отдельными работниками, с формированием кадрового состава и определением трудовых функций работников, с организацией порядка прохождения службы, применения мер поощрения или награждения, наложения дисциплинарных взысканий и т.п.

К организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии).

Как административно-хозяйственные функции надлежит рассматривать полномочия должностного лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, учреждений, воинских частей и подразделений, а также по совершению иных действий (например, по принятию решений о начислении заработной платы, премий, осуществлению контроля за движением материальных ценностей, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием).

Исполнение функций должностного лица по специальному полномочию означает, что лицо осуществляет функции представителя власти, исполняет организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции, возложенные на него законом, иным нормативным правовым актом, приказом или распоряжением вышестоящего должностного лица либо правомочным на то органом или должностным лицом (например, функции присяжного заседателя). Функции должностного лица по специальному полномочию могут осуществляться в течение определенного времени или однократно, а также могут совмещаться с основной работой.

При временном исполнении функций должностного лица или при исполнении их по специальному полномочию лицо может быть признано должностным лишь в период исполнения возложенных на него функций.

При квалификации преступления с использованием своего служебного положения необходимо учитывать, что использование служебного положения должно облегчить лицу получение чужой собственности.

Совершение деяния лицом с использованием своего служебного положения

Указанное обстоятельство выступает особо квалифицирующим признаком мошенничества (ч. 3 ст. 159 УК РФ) и присвоения и растраты (ч. 3 ст. 160 УК РФ).

Признак появился взамен существовавшей в прежнем уголовном законодательстве самостоятельной формы хищения — хищение государственного имущества путем злоупотребления своим служебным положением. Эта форма хищения в определенной степени приравнивалась к формам присвоения и растраты, поскольку предусматривалась в одной статье с ними. Разница между названными формами заключалась в том, что в присвоении и растрате имущество было вверено виновному, а в должностном хищении имущество могло находиться в ведении виновного, но вверено ему зачастую не было. Думаю, законодатель совершенно справедливо посчитал, что у должностного хищения отсутствует свой специфический способ хищения; должностное (служебное) положение только облегчает совершение хищения, а пользуется должностное лицо или другой служащий теми способами, которые издавна известны и предусмотрены в мошенничестве и в присвоении или растрате. Соответственно, признак «совершение хищения с использованием своего служебного положения» ныне предусмотрен как особо квалифицирующий признак и мошенничества, и присвоения или растраты. И в зависимости от того, какой конкретно способ хищения избран виновным, применению подлежит или ст. 159, или ст. 160 УК РФ*(1151). Хотя следует отметить, что этот вопрос почти всегда решается в конкретных случаях очень сложно в связи с тем, что любой служащий пользуется доверием той организации, в которой он работает.

Своеобразную позицию по этому вопросу занимает И.Я. Козаченко. Он пишет, комментируя анализируемый признак для присвоения и растраты: «Хищение путем присвоения и растраты отличается от хищения с использованием виновным своего служебного положения (ч. 3 ст. 160 УК РФ) главным образом тем, что при присвоении и растрате имущество находилось в момент хищения во владении виновного и оно несло полную материальную ответственность за сохранность этого имущества. При хищении же с использованием служебного положения похищаемое имущество во владении виновного не находится»*(1152). Думаю, для таких заключений современная редакция ст. 160 УК РФ оснований не дает. В ч. 3 статьи говорится: «Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения…»; т.е. имеются в виду «присвоение или растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному» (ч. 1 ст. 160 УК РФ).

Анализируемый особо квалифицирующий признак предполагает наличие специального субъекта. Этим субъектом может быть:

1) должностное лицо, понятие которого дано в примечании к ст. 285 УК РФ;

2) государственный служащий или служащий органа местного самоуправления, не являющийся должностным лицом;

3) лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации;

4) служащий коммерческой или иной организации, не наделенный управленческими функциями*(1153).

Л.Д. Гаухман, Б.В. Волженкин и С.М. Кочои толкуют анализируемый квалифицирующий признак ограничительно; они не включают в его понятие служащих, не обладающих признаками должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческих или иных организациях*(1154). Ю.И. Ляпунов не причислял к этим лицам ни руководящих, ни рядовых служащих коммерческих или иных организаций*(1155).

Если посмотреть на толкование признака «использование своего служебного положения», которое есть в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51, то мы увидим, что Пленум не относит к таким лицам только служащих коммерческих и иных организаций, которые не выполняют управленческих функций: «Под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты (часть 3 статьи 159, часть 3 статьи 160 УК РФ), следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными примечанием 1 к статье 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным примечанием 1 к статье 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации)» (п. 24).

Думаю, что для таких ограничений закон не дает никаких оснований. И уж тем более не последовательна позиция Пленума Верховного Суда, который признает специальным субъектом служащих, которые не являются должностными лицами, и не признает специальным субъектом служащих, которые не являются управленцами.

В то же время нельзя расширять до бесконечности лиц, которые используют свое служебное положение, как это делают подчас на практике.

Так, приговором суда З. признан виновным в том, что, являясь водителем Уральской государственной лесотехнической академии и материально ответственным лицом, которому для осуществления трудовых функций по эксплуатации служебного автомобиля была вверена пластиковая карта сети автозаправочных станций с правом приобретения по безналичному расчету топлива, он с использованием своего служебного положения похитил вверенные ему товарно-материальные ценности на общую сумму 1851 руб. 75 коп. и распорядился ими по своему усмотрению, т.е. совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 160 УК РФ. Рассматривая это дело в порядке надзора, президиум Свердловского областного суда нашел, что приговор и постановление суда подлежат изменению. З. исполнял обязанности водителя на основании трудового договора и являлся материально ответственным лицом. Указанное свидетельствует о том, что в действиях З. отсутствует признак совершения преступления с использованием своего служебного положения. При таких обстоятельствах его действия должны быть квалифицированы как хищение чужого имущества путем присвоения, совершенное без отягчающих обстоятельств*(1156).

Не отнесены — и верно — к лицам, использующим в хищении свое служебное положение, и продавец, в обязанности которого входили реализация населению товаров, ведение кассового учета и отчетности, распространение рекламы фирменной продукции*(1157), и оператор связи по приему платежей за коммунальные услуги*(1158) и т.п.

Субъект при совершении мошенничества, присвоения или растраты должен использовать свое служебное положение, которое облегчает ему совершение хищения. В противном случае вменять анализируемый признак нельзя. З.А. Незнамова абсолютно верно приводит примеры мошенничества, совершаемого с использованием лицом своего служебного положения: компьютерные мошенничества, совершаемые работниками банковских и иных учреждений, страховое, финансовое, трастовое мошенничество, мошенничество на рынке ценных бумаг и т.д.*(1159)

Если, совершая хищение с использованием своего служебного положения, должностное лицо или лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, одновременно злоупотребляет своим должностным (служебным) положением, возможна дополнительная квалификация его действий по ст. 201, 285 УК РФ. Верно отмечается в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»: «Если использование должностным лицом своих служебных полномочий выразилось в хищении чужого имущества, когда фактически произошло его изъятие, содеянное полностью охватывается частью 3 статьи 159 УК РФ или частью 3 статьи 160 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 285 УК РФ не требует. В тех случаях, когда должностное лицо, используя свои служебные полномочия, наряду с хищением чужого имущества, совершило другие незаконные действия, связанные со злоупотреблением должностными полномочиями из корыстной или иной личной заинтересованности, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности указанных преступлений».

Так же решается вопрос о дополнительной квалификации хищения по составам должностных преступлений и на практике.

Так, Б., являвшийся старшим оперуполномоченным по особо важным делам криминальной милиции, вступил с осужденными по этому же делу С. и П. в предварительный сговор, направленный на хищение имущества Р. путем обмана. П. и С., предъявив служебные удостоверения, подошли к Р. и без объяснения причин доставили его к зданию криминальной милиции, где сообщили потерпевшему не соответствующие действительности сведения о том, что он якобы находится в международном розыске, и обещали прекратить розыск и отпустить Р., если тот передаст им 50 тыс. долл. США. После того как Р. сообщил, что не в состоянии выплатить требуемую сумму, Б. снизил размер требований до 25 тыс. долл. США. Спустя два дня Б., находясь в автомобиле Р., получил от потерпевшего в качестве задатка денежные средства в сумме 4900 долл. США, после чего был задержан сотрудниками отдела собственной безопасности. Действия Б. квалифицированы судом первой инстанции по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 и ч. 1 ст. 285 УК РФ. Суд надзорной инстанции изменил состоявшиеся в отношении Б. судебные решения и исключил осуждение его по ч. 1 ст. 285 УК РФ, поскольку противоправное поведение Б., связанное с использованием им своего служебного положения вопреки интересам службы в отношении потерпевшего, полностью охватывается составом преступления, предусмотренным ч. 3 ст. 159 УК РФ, и не требует дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 285 УК РФ*(1160).

Еще один пример на эту тему. П. осужден приговором Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 19 июля 2007 г. за один эпизод преступления по ч. 1 ст. 159, за один эпизод по ч. 2 ст. 159, за два эпизода по ч. 3 ст. 159, за два эпизода по ч. 1 ст. 286 УК РФ. Он признан виновным в совершении хищения денежных средств в январе 2005 г. в сумме 102 211 руб. и в феврале 2005 г. в сумме 62 320 руб. путем обмана, с использованием своего служебного положения судебного пристава-исполнителя, и в совершении при этом действий, явно выходящих за пределы полномочий судебного пристава-исполнителя и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, также в совершении в первой половине ноября 2005 г. хищения денежных средств в сумме 38 190 руб. путем обмана по предварительному сговору группой лиц, а во второй половине ноября 2005 г. хищения денежных средств в сумме 106 485 руб. путем обмана. Определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 29 августа 2007 г. приговор оставлен без изменения.

Президиум Свердловского областного суда, рассматривая дело в порядке надзора, отметил следующее. Действия П., совершенные им в январе и феврале 2005 г., квалифицированы как идеальная совокупность преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 и ч. 1 ст. 286 УК РФ. При этом в приговоре указаны признаки действий, свойственные злоупотреблению служебным положением судебного пристава-исполнителя, а не превышению им должностных полномочий. Под злоупотреблением должностными полномочиями из корыстной заинтересованности понимаются такие неправомерные действия должностного лица, которые совершены с целью получения имущественной выгоды без незаконного безвозмездного обращения чужого имущества в свою собственность или собственность других лиц. Однако судом указано, что все действия П. по данным эпизодам были направлены не на получение какой-либо имущественной выгоды в результате незаконного безвозмездного обращения чужого имущества в свою собственность, а на совершение хищения денежных средств путем обмана с использованием положения судебного пристава-исполнителя из корыстных побуждений. Именно в результате этих действий П. денежные средства перешли в его незаконное владение и были использованы осужденным по своему усмотрению. Указанное свидетельствует о том, что злоупотребление в данном случае являлось способом совершения хищения. Поэтому содеянное П. должно расцениваться как хищение и квалифицироваться по ч. 3 ст. 159 УК РФ. Дополнительная квалификация этих же действий по ч. 1 ст. 286 УК РФ является излишней.

По изложенным основаниям президиум изменил приговор в отношении П., исключив указание об осуждении по ч. 1 ст. 286 УК РФ*(1161).

Важными для понимания анализируемого признака представляются также разъяснения, содержащиеся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51: «Признак совершения преступления с использованием своего служебного положения отсутствует в случае присвоения или растраты принадлежащего физическому лицу (в том числе индивидуальному предпринимателю без образования юридического лица) имущества, которое было вверено им другому физическому лицу на основании гражданско-правовых договоров аренды, подряда, комиссии, перевозки, хранения и др. или трудового договора. Указанные действия охватываются частью 1 статьи 160 УК РФ, если в содеянном не содержится иных квалифицирующих признаков, предусмотренных этой статьей. Действия организаторов, подстрекателей и пособников мошенничества, присвоения или растраты, заведомо для них совершенных лицом с использованием своего служебного положения, квалифицируются по соответствующей части статьи 33 УК РФ и по части 3 статьи 159 или соответственно по части 3 статьи 160 УК РФ».

Каждый знает, что использование своего служебного положения в личных целях запрещено законом. Поэтому при совершении таких противозаконных действий, человек может получить соответствующее наказание.

В некоторых отягощенных случаях, при нанесении вреда гражданину или организации в результате своих действий, возможна даже уголовная ответственность.

О наказании по статьям 201, 285, 286 УК РФ: злоупотребление должностными полномочиями, можно почитать немного ниже.

Злоупотребление должностными полномочиями

Злоупотребление должностными полномочиями — это преступление средней тяжести, но в случае некоторых квалифицирующих обстоятельств, оно может стать тяжким преступлением.

В соответствии с действующим законом, злоупотреблением должностными полномочиями считается использование полномочий вопреки интересам организации.

Ситуация отягощается, если такое деяние было совершено из личной заинтересованности, и в результате повлекло серьезное нарушение прав, законных интересов граждан либо охраняемых действующим законом интересов государства и общества.

Многочисленные признаки состава преступления могут оказывать существенное влияние на меру наказания. Поэтому в каждой ситуации рассматриваются признаки, относящиеся к составу данного преступления.

Объективная сторона нарушения

Объектом злоупотребления должностными полномочиями чаще всего является нормальная деятельность определенного человека в лице государственных органов, государственных учреждений, органов местного самоуправления и так далее.

Учитывая то, что злоупотребление должностными полномочиями обычно приводит к нарушению прав и законных интересов организаций, граждан, то вместе с основным объектом также говориться и о дополнительных объектах преступления, которые участвовали в нем.

Объективная сторона такого нарушения закона включает в себя три признака:

  1. Последствия от действий в виде нарушения прав или интересов граждан, охраняемых законом.
  2. Использование должностным лицом служебного положения вопреки интересам службы.
  3. Причинную связь между последствием и деянием.

Отличия между превышением и злоупотреблением должностными полномочиями

Согласно установленному уголовному законодательству злоупотребление и превышение должностных полномочий квалифицируются как преступления непосредственно должностных лиц.

Однако такие преступления могут совершать гражданские служащие, а также другие представители власти.

Отличие злоупотребления должностными полномочиями от превышения полномочий можно легко объяснить по действующему уголовному кодексу РФ.

По статье 285 злоупотребление описывается использованием своих служебных полномочий должностным лицом, когда это деяние было совершено из корыстной либо личной заинтересованности, а также повлекло серьезное нарушение прав и законных интересов общества.

В случае превышения должностных полномочий, в отличие от злоупотребления, совершаемые действия не находятся в компетенции нарушителя.

В соответствии с п. 19 Постановления Пленума ВС РФ N 19, превышение своих должностных полномочий выражается, например, в совершении действий, которые:

  • могут быть совершены при наличии определенных обстоятельств, которые указаны в законе (например использование служебного оружия по отношению к несовершеннолетнему, когда его действия не предоставляли опасности для окружающих);
  • относятся к возможностям другого должностного лица;
  • никто не имеет право совершать;
  • совершаются одним должностным лицом, а должны быть совершены исключительно коллегиально.

Уголовная ответственность

Злоупотребление служебным положением УК РФ превращается из простого нарушения установленных законодателем норм в серьезное преступление, которое предусматривает наказание по Уголовному кодексу, при следующих обстоятельствах:

  1. Если виновное лицо имело соответствующие полномочия, то есть могло отдавать распоряжения, предусматривающие обязательное исполнение.
  2. Когда нарушение было напрямую связано с личными интересами лица. Это означает, что человек воспользовался своим служебным положением для улучшения положения знакомых лиц либо для личного обогащения.
  3. Если полномочия были использованы не в интересах того, ради чего лицо ими наделялось. По соответствующим нормативным актам и законам всегда можно определить интересы, ради которых лицо получило полномочия, поэтому при их использовании также можно определить, насколько правильно они были применены.

Соблазн улучшить свои жизненные условия с помощью наделенной властью есть практически у каждого, пока существует государственный аппарат.

Однако мириться с этим совершенно невозможно, поэтому для борьбы с такой неблагоприятной практикой есть соответствующая статья в уголовном законе. Применение наказания на практике показало, что оно серьезно помогает сдерживать коррупцию.

Уголовная ответственность за злоупотребление должностными полномочиями в 2019 году рассматривается крайне редко.

При нарушении своих служебных полномочий, в результате которых был нанесен существенный вред, должностное лицо может наказываться лишением свободы до десяти лет с абсолютным лишением права занимать разные должности либо заниматься определенной деятельностью на время до трех лет.

Помощь при нарушении

В случаях, когда у должностного лица отсутствует корыстный мотив либо личная заинтересованность, то злоупотребление должностными полномочиями может быть переквалифицировано в дисциплинарный проступок.

Обязательным условием для таких действий является несущественное нарушение прав и интересов граждан либо организаций, охраняемых законом.

Действующий закон Российской Федерации многогранен, поэтому одна неверная трактовка и незначительное превышение служебных полномочий переходит к части злоупотреблений должностными полномочиями.

Чтобы разобраться точно со своими нарушениями и степенью заслуженного наказания, рекомендуется обратиться за квалифицированной помощью к профессиональному адвокату по уголовным делам.

Такой шаг сможет дать обвиняемому возможность для получения минимального наказания, предусмотренного законодательство. Вам помогут организовать рассмотрение дела, учитывая все обстоятельства, а также правильно обозначить причиненный ущерб.

Понятие и сущность признака «Использование служебного положения» в российском уголовном праве Текст научной статьи по специальности «Право»

Рясов А.В.

Понятие и сущность признака «использование служебного положения»

в российском уголовном праве

Исследование проблем, связанных с совершением преступлений с использованием служебного положения, не является новеллой в уголовно-правовой доктрине, однако вопрос их содержания до настоящего времени дискуссионен. Проанализировав различные позиции юристов в части, касающейся раскрытия содержания указанного признака, можно сказать, что эту категорию преступлений принято считать «специальными» по отношению к «общим» преступлениям, предусмотренным 23 и 30 главами УК РФ . В то же время в юридической литературе практически не уделяется внимания характеристике преступлений, в которых законодатель в качестве конструктивного и (или) квалифицирующего признака в основном и (или) квалифицированном составе преступления использует дефиницию «совершенное с использованием служебного положения».

Признак «использование служебного положения» закрепляется в двух основных и 37 квалифицированных составах преступлений Особенной части УК РФ*.

Для того чтобы определить понятие «использование лицом своего служебного положения», необходимо раскрыть категорию «служебное положение».

«Положение (социальное положение)» — это место, роль кого-нибудь в общественной жизни , то есть служебное положение — это место лица в служебной системе.

В соответствии с ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» государственная служба Российской Федерации — это профессиональная служебная деятельность граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий государственных органов (ст. 1). Правовое положение — это статус федерального государственного служащего и государственного гражданского служащего субъекта Российской Федерации, в том числе ограничения, обязательства, правила служебного поведения, ответственность, а также порядок разрешения конфликта интересов и служебных споров, который устанавливается соответствующим федеральным законом о виде государственной службы (ст.

10) .

На основании этого можно сформулировать общее правовое понятие служебного положения, используя те признаки «положения государствного служащего», которые являются общими для всех служащих, но не характеризуют его как государственного деятеля.

Служба — это профессиональная деятельность лица по исполнению своих полномочий. Служебное положение — это статус служащего, то есть лица, осуществляющего профессиональную деятельность. Статус служащего устанавливается соответствующими правовыми актами и включает в себя ограничения, обязательства, правила служебного поведения, ответственность, порядок разрешения конфликта интересов и служебных споров.

Таким образом, использовать свое служебное положение — значит использовать социально-правовой статус служащего, установленный в законодательстве. Положение служащего характеризуют не только полномочия, которыми он наделен для решения вопросов, входящих в служебную компетенцию, но и сама сфера деятельности этого лица, правила служебного этикета, порядок несения ответственности и т.д.

Следовательно, нельзя согласиться с мнением А.Я. Асниса в части, касающейся рассмотрения понятий «использование служебных полномочий» и «использование служебного положения» как равнозначных. Отождествляя их, одним из основных аргументов А.Я. Аснис указывает, что «злоупотребление служебным положением» практически означает «злоупотребление служебными полномочиями», что нашло идентичное законодательное отражение, воплощенное и закрепленное в формулировках диспозиции ст. 201 и 285 УК РФ 1996 года, где соответственно при определении злоупотребления полномочиями указано на «использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий» и злоупотребления должностными полномочиями -«использование должностным лицом своих служебных полномочий» .

Следует отметить, что ст. 285 УК РФ, в отличие от ранее действовавшей ст. 170 УК РСФСР, предусматривает ответственность за злоупотребление именно должностными полномочиями, а не за злоупотребление должностным положением.

Проведенный нами анализ положений уголовного закона показал, что законодатель ни в одной из статей не отождествляет «служебное положение» со «служебными полномочиями». Наоборот, эти две категории употребляются при описании признаков разных составов преступления.

При раскрытии признаков «злоупотребления должностными полномочиями» в ст. 285 УК РФ указывается на использование вопреки интересам службы именно «служебных полномочий», а не «служебного положения». В то же время, описывая ряд специальных составов «превышения должностных полномочий», законодатель в диспозиции статьи использует словосочетание «служебное положение»

. В частности, таковым является ряд преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина, совершаемых должностным лицом с использованием своего служебного положения. Например, незаконно проникая в жилище с использованием служебного положения пожарного, лицо совершает преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 139 УК РФ. Эти действия виновного явно выходят за рамки его компетенции, то есть лицо превышает свои полномочия.

Итак, исходя из законодательной интенции использовать служебное положение можно не только используя служебные полномочия, но и совершая действия, выходящие за пределы полномочий служащего.

На наш взгляд, это вполне оправдано. Многие преступления, включающие в качестве квалифицирующего признака «совершение лицом преступления с использованием своего служебного положения», совершаются именно путем превышения полномочий, которыми наделен такой служащий. Если понятие «использование служебного положения» сузить только до использования служебных полномочий, то эти деяния перестанут быть уголовно наказуемыми.

Анализ практики Верховного суда РФ показал, что правоприменитель придерживается такой же позиции. Например, Макаренко, внештатный сотрудник милиции, признан виновным в совершении мошенничества с использованием своего служебного положения при следующих обстоятельствах. Он под предлогом проверки соблюдения правил торговли в торговом павильоне «Продукты», владельцем которого являлся Гусейнов, обнаружил отсутствие сертификатов на отдельные виды продуктов и попросил, чтобы Гусейнов оказал «спонсорскую помощь» милиции. Введенный Макаренко в заблуждение и полагавший, что деньги будут направлены на нужды сотрудников милиции, Гусейнов передал Макаренко 500 тысяч рублей. Президиум Верховного суда РФ признал Макаренко виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 159 УК РФ, так как Макаренко, используя удостоверение внештатного сотрудника милиции, путем обмана получил деньги от частного предпринимателя. Как видно из Временной инструкции по организации работы внештатных сотрудников милиции, утвержденной приказом МВД России от 20 ноября 1992 г., внештатные сотрудники привлекаются к выполнению конкретных поручений сотрудников милиции и в своей работе осуществляют только действия, не выходящие за пределы данных поручений. Сотрудник милиции, за которым был закреплен Макаренко, поручений проверять торговые павильоны ему не давал. Следовательно, Макаренко, не осуществляя вышеуказанные действия, превысил свои полномочия внештатного сотрудника .

Если словосочетание «использование служебного положения» трактовать шире, чем использование служебных полномочий или злоупотребление ими, то это может отразиться на уголовно-правовой оценке и квалификации деяния, совершенного виновным.

Позиция ученых, трактующих «использование служебного положения» более широко, включая туда использование лицом своего авторитета, влияния в обществе, доверия, которое вызывает его служебное положение и других привилегий служащего, не связанных напрямую с его служебной деятельностью, необоснованно расширяет рамки этого, всегда отягчающего уголовную ответственность обстоятельства.

Еще одним аргументом, подтверждающим указанную точку зрения, является то, что в уголовном законе, наряду со словосочетанием «совершение преступления с использованием служебного положения», используется словосочетание «совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его служебного положения» (ст. 63 УК РФ).

Этим законодатель подчеркивает, что данные понятия не равнозначны. Первое словосочетание применяется при конструировании признаков составов преступлений, второе — признается обстоятельством, отягчающим наказание, но не влияющим на квалификацию. Таким образом, если совершение преступления облегчается тем, что виновный известен как лицо, занимающее определенное служебное положение, которое вызывает у окружающих уважение и доверие, но действия, направленные на совершение преступления, не входят в служебную сферу деятельности этого лица, такое преступление нельзя считать совершенным с использованием служебного положения. Указанное обстоятельство влияет только на выбор меры наказания за совершение такого преступления.

В теории уголовного права возникают трудности и при соотнесении понятий «служебное положение» и «должностное положение» .

По нашему мнению, должностное положение следует рассматривать как разновидность служебного положения. Объясняется это тем, что занимать должностное положение может только должностное лицо. В соответствии с Примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом признается лицо, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющее функции представителя власти либо выполняющее организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. В Примечании 4 указывается, что ряд государственных служащих и служащих местного самоуправления не могут относиться к числу должностных лиц. К должностным

лицам закон не относит и служащих коммерческих организаций (ст. 201 УК РФ), частных охранных и детективных служб (ст. 203 УК РФ) и т.д. Таким образом, любое должностное лицо занимает определенное служебное положение, но тот факт, что лицо занимает служебное положение, не всегда означает, что оно занимает положение должностного лица.

В то же время нам представляется спорной позиция законодателя, в соответствии с которой «использование служебного положения» не включает в себя «использование должностного положения», выраженная в ч. 3 ст. 149 УК РФ. В данной уголовно-правовой норме преступлением признается «вмешательство с использованием должностного или служебного положения в осуществление избирательной комиссией, комиссией референдума ее полномочий, установленных законодательством о выборах и референдуме, с целью повлиять на ее решения…». Таким образом, при совершении указанного преступления лицо может использовать или «служебное», или «должностное» положение, то есть использование первого исключает использование второго. На наш взгляд, это можно объяснить только неточностью законодательной формулировки.

Все вышесказанное позволяет сделать следующий вывод: анализ уголовно-правовых норм показал, что злоупотребление служебными полномочиями и превышение служебных полномочий (в которые входит превышение должностных полномочий) нужно рассматривать как две составляющие «использования лицом своего служебного положения».

Исходя из этого можно выделить основные критерии признания преступления «совершенным с использованием служебного положения». Руководствоваться при этом следует признаками, выработанными при формулировании составов преступлений, предусмотренных соответственно ст. 201, 285 и 286 УК РФ, которые разъяснены в постановлении Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» и довольно подробно разработаны в теории уголовного права.

Итак, «совершение лицом преступления с использованием своего служебного положения» означает, что лицо:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Использует при совершении преступления свои служебные полномочия. Полномочия должностного лица определяются его компетенцией, установленной в соответствующих законах, положениях, уставах и других нормативных правовых актах, в которых регламентируются права и обязанности лица, осуществляющего ту или иную служебную деятельность. Злоупотребление служебными правами и обязанностями может выражаться в издании противоречащих закону либо иному нормативному правовому акту приказов и распоряжений, повлекших преступные последствия, в необоснованном расходовании денежных и других ресурсов, находящихся в распоряжении служащего, и т.д.

2. Использует свое служебное положение путем превышения своих полномочий. При этом лицо совершает действия, явно выходящие за пределы его служебных полномочий, но находящиеся в сфере непосредственной служебной деятельности лица.

В судебной практике наиболее характерными случаями превышения служебных полномочий признаются следующие:

— совершение лицом действий, которые относятся к полномочиям (компетенции) другого служащего данного либо другого ведомства;

— совершение служащим действий, которые могли быть совершены им самим только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе (например, применение оружия или специальных средств);

— совершение служащим действий, на которые вообще законом ни одно лицо, ни при каких обстоятельствах не может быть управомочено (например, воспрепятствование осуществлению правосудия).

Эти типичные виды совершения преступлений с превышением служебных полномочий отмечены в п. 11 постановления Пленума Верховного суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении власти или судебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» .

Как правило, эти же варианты превышения должностных полномочий указываются и в уголовно-правовой литературе с добавлением еще одного вида: совершение лицом действий единолично, хотя они могли быть произведены только коллегиально.

Общим для всех этих случаев является то, что лицо совершает действия, явно выходящие за пределы прав и обязанностей, предоставленных ему в соответствии с занимаемым служебным положением.

Для того чтобы признать факт совершения преступления с превышением служебных полномочий, необходимо установить, что неправомерные действия лица непосредственно связаны со служебной деятельностью субъекта. В этом случае, совершая преступление, виновный выступает не как частное, а как официальное лицо . Иначе говоря, его действия должны быть связаны со статусом служащего . К примеру, это может проявляться в том, что лицо обладает какими-либо полномочиями по отношению к потерпевшему физическому лицу или к организации, права и интересы которых существенно нарушены действиями служащего.

Итак, чтобы установить факт совершения действий, входящих в сферу деятельности служащего, необходимо в обязательном порядке выяснить следующее: каким законом либо иным нормативным правовым актом регламентирован правовой статус этого лица, каковы его полномочия и в чем конкретно выразилось их противоправное использование или превышение. Отсутствие в соответствующих процессуальных документах такого обоснования исключает наличие такого обстоятельства, как совершение преступления с использованием служебного положения.

Преступление следует считать совершенным лицом с использованием своего служебного положения только тогда, когда статус служащего явился обязательным условием совершения этого преступления, так как служащий может совершить преступление и как частное лицо.

Литература

1. Лысов М.Д. Ответственность должностных лиц по советскому уголовному праву. Казань, 1972.

2. Здравомыслов Б.В. Должностные преступления. М., 1975.

3. Кириченко В.Ф. Виды должностных преступлений по советскому уголовному праву. М., 1959.

4. Квициния А.К. Должностные преступления. М., 1992.

5. Галахова А.В. Превышение власти или служебных полномочий. М., 1978.

6. Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1986.

7. Федеральный закон от 27.05.2003 № 58-ФЗ (ред. от 11.11.2003) «О системе государственной службы Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2003. № 22. Ст. 2063.

8. Аснис А.Я. Уголовная ответственность за служебные преступления в России. Проблемы законодательного закрепления и правоприменения. М., 2005.

9. Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., 2005.

10. БВС РФ. 2001. № 12.

11. БВС СССР. 1990. № 3.

12. Применение судами законодательства об ответственности за злоупотребление властью или служебным положением, превышение власти или служебных полномочий, халатность и должностной подлог (обзор судебной практики) // БВС СССР. 1990. № 4.

13. Определение судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда по делу Чагура // Юридическая практика. Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета СПбГУ. 1997. № 4.

>СПЕЦИАЛЬНЫЙ СУБЪЕКТ ОБЩЕУГОЛОВНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ,
СОВЕРШАЕМЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЛУЖЕБНОГО ПОЛОЖЕНИЯ

УГОЛОВНОЕ ПРАВО
ПРОБЛЕМЫ ОБЩЕЙ ЧАСТИ УК РФ

В. В. РОМАНОВА

Действующее уголовное законодательство предусматривает во многих составах преступлений такой квалифицирующий признак, как использование своего служебного положения. Уголовно-правовое значение данного признака состоит в том, что при использовании служебного положения происходит посягательство на дополнительный объект — интересы службы.

Проблемы применения данного квалифицирующего признака связаны с толкованием нескольких понятий: служебное положение, использование служебного положения, субъект использования служебного положения.

Представляет интерес анализ постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по различным категориям дел о преступлениях, имеющих квалифицирующий признак «с использованием служебного положения», с позиций субъекта преступления.

Так, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» от 10 июня 2010 г. № 12 сказано, что к лицам, совершившим деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 210 УК РФ, с использованием своего служебного положения, следует относить как должностных лиц, так и государственных служащих и служащих органов местного самоуправления, не относящихся к числу должностных лиц, а также лиц, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в коммерческой организации независимо от формы собственности или в некоммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным учреждением.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от 27 декабря 2007 г. № 51 под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты (ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160 УК РФ), понимаются должностные лица, обладающие признаками, предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ, государственные или муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, а также иные лица, отвечающие требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности, в коммерческой организации).

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» от 26 апреля 2007 г. № 14 разъясняет, что по п. «г» ч. 3 ст. 146 УК РФ подлежит уголовной ответственности лицо, использующее для совершения преступления служебное положение. Им может быть как должностное лицо, обладающее признаками, предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ, так и государственный или муниципальный служащий, не являющийся должностным лицом, а также иное лицо, отвечающее требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ (например, руководитель предприятия любой формы собственности, поручающий своим подчиненным незаконно использовать авторские или смежные права).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов,

Стр.30

взрывчатых веществ и взрывных устройств» от 12 марта 2002 г. № 5 раскрывается, что хищением оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств лицом с использованием своего служебного положения следует считать хищение их как лицом, которое наделено служебными полномочиями, связанными с оборотом оружия, в частности его использованием, производством, учетом, хранением, передачей, изъятием и т. д., так и лицом, которому они выданы персонально и на определенное время для выполнения специальных обязанностей (часовым, постовым милиционером, вахтером или инкассатором во время исполнения ими служебных обязанностей и т. п.).

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» от 17 января 1997 г. № 1 гласит, что под совершением бандитизма с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 209 УК РФ) следует понимать использование лицом своих властных или иных служебных полномочий, форменной одежды и атрибутики, служебных удостоверений или оружия, а равно сведений, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением, при подготовке или совершении бандой нападения либо при финансировании ее преступной деятельности, вооружении, материальном оснащении, подборе новых членов банды и т. п.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 января 2004 г. № 23, под лицами, использующими свое служебное положение (п. «б» ч. 3 ст. 174 и п. «б» ч. 2 ст. 1741 УК РФ), следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» от 15 июня 2006 г. № 14 указывается, что под использующим свое служебное положение лицом (п. «в» ч. 2 ст. 229 УК РФ) следует понимать как должностное лицо, так и лицо, выполнение трудовых функций которого связано с работой с наркотическими средствами или психотропными веществами. Например, при изготовлении лекарственных препаратов таким лицом может являться провизор, лаборант, при отпуске и применении — работник аптеки, врач, медицинская сестра, при их охране — охранник, экспедитор.

Квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения» в статьях Особенной части Уголовного кодекса встречается достаточно часто. Казалось бы, во всех случаях этот квалифицирующий признак должен иметь одинаковое содержание. Между тем судебное толкование данного признака, даже на уровне высшей судебной инстанции, применительно к разным составам преступления существенно отличается.

К лицам, которые могут быть субъектом преступлений, совершенных с использованием служебного положения, Верховный Суд во всех случаях относит должностных лиц (примечание 1 к ст. 285 УК РФ) и лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях (примечание 1 к ст. 201 УК РФ). Все постановления прямо или косвенно к таким субъектам относят государственных и муниципальных служащих. Но, кроме того, в одном постановлении использование служебного положения связывается с осуществлением трудовых функций («О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»); в одном — с выполнением служебных полномочий в целом или специальных обязанностей («О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве

Стр.31

и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств») и в одном постановлении упоминаются служащие в целом («О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»).

Безусловно, субъектами совершения общеуголовных преступлений с использованием служебного положения могут быть должностные лица и лица, выполняющие управленческие функции в коммерческих или иных организациях, поскольку они обладают особыми полномочиями и положением, позволяющими облегчить совершение преступления.

Понятие должностного лица раскрывается в примечаниях к ст. 285 УК РФ. Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

В примечании 1 к ст. 201 УК РФ указано, какие именно лица признаются выполняющими управленческие функции. А именно, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, признается лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

Практически во всех постановлениях обращено внимание и на категорию лиц, относящихся к государственным и муниципальным служащим.

Служащий является собирательным понятием, охватывающим следующие виды: 1) государственный и муниципальный служащий; 2) служащий государственного и муниципального учреждения; 3) служащий государственной корпорации; 4) служащий коммерческой или иной организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным и муниципальным учреждением.

Виды государственных служащих определены в ст. 10 Федерального закона «О системе государственной службы Российской Федерации» от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ. Так, федеральный государственный служащий — гражданин, осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности федеральной государственной службы и получающий денежное содержание (вознаграждение, довольствие) за счет средств федерального бюджета.

Государственный гражданский служащий субъекта Российской Федерации — гражданин, осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации и получающий денежное содержание (вознаграждение) за счет средств бюджета соответствующего субъекта Российской Федерации. В случаях, предусмотренных федеральным законом, государственный гражданский служащий субъекта Российской Федерации может получить денежное содержание (вознаграждение) также за счет средств федерального бюджета.

Определение муниципального служащего дано в ст. 10 Федерального закона «О муниципальной службе в Российской Федерации» от 2 марта 2007 г. № 25-ФЗ. Муниципальным служащим является гражданин, исполняющий в порядке, определенном муниципальными правовыми актами в соответствии с федеральными законами и законами субъекта Российской Федерации, обязанности по должности муниципальной службы за денежное содержание, выплачиваемое за счет средств местного бюджета.

Стр.32

Неоднозначно в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации решается вопрос относительно иных субъектов — служащих государственных и муниципальных учреждений, государственных корпораций, коммерческих и некоммерческих организаций.

Проблема заключается в определении фигуры служащего, не являющегося государственным или муниципальным служащим, а также не являющегося должностным лицом.

Представляется, что, даже являясь рядовым служащим, последний, находясь в системе служебной иерархии, имеет, как правило, возможность оказать содействие, повлиять, принять решение, действуя в рамках своих служебных полномочий, которыми не обладают лица, не являющиеся служащими организации(1). В пользу изложенного подхода свидетельствует разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенное в постановлении «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм», в котором указано, что с использованием своего служебного положения понимаются действия лица по использованию своих властных или иных служебных полномочий, а равно сведений, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением.

Но признавать субъектами использования служебного положения лиц, не относящихся к категории служащих, нельзя.

В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации трудовые отношения — отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции. Поэтому трудовые функции выполняют как должностные лица либо лица, осуществляющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, так и иные служащие, а также лица, которые в трудовом законодательстве определяются как работники, осуществляющие трудовую деятельность по профессии рабочего. Признание субъектами преступлений, которые совершаются с использованием служебного положения, лиц, осуществляющих трудовую функцию по профессии рабочего, на наш взгляд, исключается, поскольку речь идет об использовании служебного положения(2).

Таким образом, под лицами, использующими свое служебное положение, следует понимать должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также служащих в целом.

Стр.33

Использование служебного положения при хищении вверенного имущества. Статьи по предмету Уголовное право

Вернуться к списку статей по юриспруденции

    ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СЛУЖЕБНОГО ПОЛОЖЕНИЯ ПРИ ХИЩЕНИИ ВВЕРЕННОГО ИМУЩЕСТВА
    П. ЯНИ
    Государственные обвинители и руководители следственных подразделений Следственного комитета, повышающие квалификацию в Академии Генеральной прокуратуры, часто обращаются с вопросом о надлежащей уголовно-правовой оценке присвоения и растраты по признаку использования лицом, которому имущество вверено, своего служебного положения.
    Подобная проблема значительно реже возникает при уголовно-правовой оценке мошенничества. В последнем случае нередко уже собственно должность лица используется мошенником как элемент обмана, существенно облегчая введение в заблуждение потерпевшего или иных лиц, принимающих решение о передаче имущества. Так, за покушение на мошенничество с использованием своего служебного положения осуждены оперуполномоченные криминальной милиции, которые, предъявив служебные удостоверения, без объяснения причин доставили Р. к зданию криминальной милиции, где сообщили ему не соответствующие действительности сведения о том, что он якобы находится в международном розыске. Они обещали прекратить розыск и отпустить Р., если тот передаст им 50000 долларов США. При передаче через два дня от потерпевшего денежных средств милиционеры были задержаны сотрудниками отдела собственной безопасности <1>.
    ———————————
    <1> Пункт 6 Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за II квартал 2009 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. N 11.
    Однако применительно к квалификации по ст. 160 УК поставленный вопрос решается сложнее, что, как представляется, не полностью учтено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». В результате применение данного разъяснения без необходимых уточнений приводит в ряде случаев к ошибкам при квалификации.
    С. осужден помимо прочего за присвоение вверенного ему имущества. Работая на основании трудового договора в должности водителя-экспедитора-инкассатора ООО «Табачный капитан-доставка» и являясь материально ответственным лицом по получению и хранению денежных средств, вырученных от реализации табачной продукции, и сдаче их в кассу ООО «Табачный капитан-доставка», 24 января 2004 г. он получил от ООО «Арса-А» денежные средства за оплату поставленных в адрес последнего табачных изделий на общую сумму 7385 руб., которые присвоил. Президиум Верховного Суда РФ указал, однако, что С. совершил присвоение вверенного ему имущества, но при этом своего служебного положения не использовал, а потому его действия следует переквалифицировать с ч. 3 ст. 160 на ч. 1 ст. 160 УК <2>.
    ———————————
    <2> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 30 августа 2006 г. N 454-П06 // СПС «КонсультантПлюс».
    В другом известном и часто приводимом в научных исследованиях решении суд надзорной инстанции, рассмотрев протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, указал, что поскольку осужденный работал в управлении механизации в должности водителя и осуществлял правомочия в отношении вверенного ему имущества (бетона) не в связи с занимаемой должностью, а выполняя свои производственные функции по его перевозке и доставке на основании товарно-транспортной накладной, то в его действиях отсутствует квалифицирующий признак — совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения. В связи с этим содеянное переквалифицировано на ч. 1 ст. 160 УК <3>.
    ———————————
    <3> Постановление по делу Гнездилова // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2002. N 2.
    Таким образом, полномочия, которыми в организации было наделено лицо, не давали возможности признать их организационно-распорядительными либо административно-хозяйственными и по этим основаниям отнести виновного к числу лиц, выполняющих в этой организации управленческие функции. Как видим, в немалом числе случаев отграничить полномочия лица по отношению к имуществу от управленческих функций довольно сложно, раз это пришлось делать за следствие и суд высшему судебному органу. Причина таких сложностей видится в следующем.
    В п. 18 Постановления Пленума от 27 декабря 2007 г. определен верный критерий, позволяющий разграничить хищение вверенного имущества и кражу. Этим критерием является наличие полномочий, которыми наделено лицо, совершающее хищение, по отношению к предмету хищения. Если лицо в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения обладает в отношении правомерно переданного ему во владение либо ведение имущества полномочиями по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению, то совершаемое им изъятие и (или) обращение имущества в свою пользу или пользу третьих лиц содержит признаки хищения вверенного имущества. А вот совершение тайного хищения чужого имущества лицом, не обладающим такими полномочиями, но имеющим доступ к похищенному имуществу в силу выполняемой работы или иных обстоятельств, квалифицируется как кража.
    Итак, критерием для, можно и так сказать, выделения из краж хищений вверенного имущества названо наличие у виновного, в том числе и, подчеркнем это, полномочий по распоряжению и управлению имуществом. Это первое.
    Второе. В п. 24 того же Постановления Пленума от 27 декабря 2007 г. под лицами, использующими свое служебное положение при совершении присвоения или растраты, понимаются должностные лица и лица, отвечающие требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК. Правда, сюда же отнесены государственные и муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, но содержащаяся в скобках иллюстрация опять же указывает на управленческие функции: здесь говорится о лице, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации.
    Наконец, третье. Функции должностного лица, не являющегося представителем власти, а также управленческие функции в организации включают административно-хозяйственные обязанности (примечания к ст. ст. 201 и 285 УК), под которыми в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» и в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» понимаются прежде всего полномочия должностного лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, учреждений и т.д. Таким образом, наличие полномочий по распоряжению и управлению имуществом является критерием для разграничения между основным составом хищения вверенного имущества и составом того же преступления, квалифицирующим признаком которого является использование служебного положения.
    Из сопоставления приведенных положений следует, что всякое лицо, а) состоящее в трудовых отношениях с юридическим лицом и б) в этом качестве наделенное полномочиями по распоряжению, управлению имуществом, является и тем, кому это имущество вверено работодателем, и лицом, обладающим административно-хозяйственными функциями по отношению к этому имуществу, следовательно, могущим использовать эти особые возможности — служебное положение — при хищении. Благодаря такому несложному, в общем, анализу становится понятно, почему в немалом числе случаев за хищение вверенного им имущества к ответственности по ч. 3 ст. 160 УК привлекаются, скажем, продавцы, наделенные на первый взгляд в организации правом по распоряжению имуществом: они, представляя организацию в договоре купли-продажи товара, передают товар покупателю. А полномочие по распоряжению имуществом является, как показано, и признаком лица, которому вверено это имущество, и признаком лица, выполняющего в организации административно-хозяйственные функции.
    Обсуждаемая проблема не нова, она тесно связана с многолетней дискуссией еще советских времен о соотношении статуса материально ответственного лица, наделенного полномочиями по распоряжению имуществом, и лица должностного. В советские времена, как и сейчас, нередко продавцов осуждали за должностные преступления и Верховный Суд с такими решениями соглашался. Эту практику поддерживали и известные ученые, например Б. Волженкин <4>.
    ———————————
    <4> См. подробней об этой дискуссии: Здравомыслов Б.В. Должностные преступления. Понятие и квалификация. М., 1975. С. 36 — 40.
    То мнение, что Верховный Суд полностью разрешил эту проблему в 1990 г. <5>, небесспорно. В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. N 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» разъяснялось: «Заключение договора между работником и администрацией о полной материальной ответственности за сохранность вверенных ценностей само по себе не может служить основанием для признания этого работника субъектом должностного преступления. Для этого необходимо также, чтобы наряду с обязанностями по непосредственному хранению имущества материально ответственное лицо выполняло также функции по управлению или распоряжению им (организация доставки товаров, распределение их по другим снабженческим точкам и т.п.)».
    ———————————
    <5> Грошев А.В. Ответственность за взяточничество. Краснодар, 2008. С. 161 — 162.
    Как видим, наличие у лица только функции хранения вверенного ему имущества не давало, с позиции Пленума, возможности признать лицо должностным, для этого опять же требовалось установить, что лицо было наделено полномочиями по распоряжению и управлению имуществом. Однако недоразрешенность, так сказать, проблемы данным разъяснением состояла в том, что полной четкости в определении полномочий по распоряжению и управлению имуществом так и не возникло. Недаром два авторитетных криминалиста, на протяжении последних десятилетий наиболее глубоко исследовавших вопросы квалификации должностных преступлений, профессоры Б. Волженкин и Б. Здравомыслов, разделяли противоположные взгляды относительно признания того же продавца должностным лицом по признаку осуществления им полномочий по распоряжению имуществом.
    Итак, выше показано, что наделение лица в учреждении либо организации полномочиями по распоряжению имуществом является согласно позиции Пленума одновременно как критерием для разграничения тайного хищения и хищения вверенного имущества, так и критерием для разграничения основного и квалифицированного составов присвоения и растраты. В результате таким лицам, совершающим хищение вверенного имущества, использование служебного положения вменяется, по сути, автоматически.
    Судебная практика старается сузить сферу применения ч. 3 ст. 160 УК — ведь в противном случае получится, что часть первая этой нормы будет применяться едва ли не только к лицам, не являющимся работниками юридического лица. Исключая из обвинения обсуждаемый признак (и оправдывая подсудимого, если других квалифицирующих признаков деяние не содержит, а сумма похищенного не превышает 1 тыс. руб.), суды указывают, в частности, что использование служебного положения при хищении вверенного имущества имеет место лишь в случае, когда лицо использовало имеющиеся у него полномочия для создания условий, при которых становится возможным изъятие этого имущества либо облегчается такое изъятие.
    Оспаривая подобный подход, наши коллеги в протестах приводят такой контраргумент: лицо, использующее для хищения чужого имущества служебное положение, не должно создавать каких-то специальных условий для совершения преступления, поскольку эти условия уже созданы и существуют в силу особого, служебного, положения указанного лица, и именно наличием этих, уже созданных специальных условий обусловливается совершение преступления. Очевидно, что данные рассуждения согласованы с приведенным выше пониманием Пленумом использования служебного положения как признака хищения вверенного имущества.
    Однако правы в этом споре скорее суды, и вот почему.
    Закон говорит о том, что особые возможности по службе должны быть использованы именно как способ изъятия имущества (при растрате), обращения его в свою пользу или пользу третьих лиц (при присвоении). Поэтому полномочиями, которые применяются в рамках использования служебного положения как квалифицирующего признака хищения вверенного имущества, могут быть только полномочия по распоряжению и управлению имуществом. Если иные полномочия должностного лица либо управленца в организации, в том числе организационно-распорядительные, не связаны с распоряжением имуществом, то хищение этого имущества таким лицом, несущим ответственность только за, допустим, сохранность имущества, не требует вменения признака использования служебного положения.
    Таким образом, вопрос состоит в том, какие полномочия можно отнести к праву лица распоряжаться, управлять имуществом учреждения либо организации. Представляется, что под полномочиями по распоряжению, управлению имуществом в учреждении, организации следует понимать предоставленную лицу возможность самостоятельно решать вопрос о судьбе имущества, о его движении. Возложенная на лицо обязанность производить перемещение имущества чисто технически (в приведенных выше примерах: водитель-экспедитор-инкассатор, водитель бетономешалки, продавец) не означает наличия у него полномочий по распоряжению, управлению имуществом.
    Так, продавец не принимает решения о продаже того или иного товара, он лишь выполняет решение работодателя о передаче товара каждому, кто обратится и оплатит товар (публичный договор). Поэтому продавец распорядительными, управленческими полномочиями в отношении имущества не наделен, но за сохранность товара отвечает, стало быть, наделен полномочием по его хранению, как водитель-экспедитор — по доставке. И в случае хищения хранимого, перемещаемого, т.е. вверенного, имущества ответственность они должны нести по ст. 160 УК, но без вменения признака использования служебного положения.
    Обладание иными функциями должностного лица либо лица, признаки которого указаны в примечании 1 к ст. 201 УК: организационно-распорядительными функциями (руководство коллективом, расстановка и подбор кадров, организация труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий и т.п.), а также административно-хозяйственными функциями, состоящими, например, в осуществлении контроля за движением материальных ценностей, учете и контроле за их расходованием, само по себе не позволяет вменить признак использования при хищении вверенного имущества служебного положения. Если, конечно, этим функциям не сопутствует полномочие по распоряжению, управлению имуществом.
    Когда руководитель отдает указание подчиненным, он, казалось бы, во всех случаях реализует организационно-распорядительные полномочия. Однако если руководитель требует от подчиненных, которым имущество вверено юридическим лицом, продать это имущество другому юридическому лицу и т.п. (или под видом такой продажи совершает хищение), то такое указание суть реализация полномочий руководителя по распоряжению имуществом. Как пишет Г. Борзенков, в этой ситуации похищаемое имущество вверено не непосредственно виновному, а иным лицам, однако в силу своего служебного положения лицо наделено правомочиями по управлению и распоряжению имуществом через этих лиц <6>.
    ———————————
    <6> Курс уголовного права. Особенная часть. Том 3 / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. М., 2001. С. 443.
    Правда, есть и другая позиция: в частности, по мнению А. Бойцова, в этой ситуации имущество вверено не самому руководителю, а подчиненным ему работникам, а потому руководитель совершает мошенничество, обманывая своих подчиненных, которые передают в его пользу вверенное им имущество <7>. Однако поддержки, на мой взгляд, заслуживает позиция Г. Борзенкова, поскольку в обсуждаемом случае похищенное находится в ведении руководителя, а это форма вверения имущества: см. п. 18 Постановления Пленума от 27 декабря 2007 г. N 51.
    ———————————
    <7> Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб., 2002. С. 642.
    Также к числу лиц, использующих служебное положение при хищении вверенного имущества, следует отнести представителей власти и государственных и муниципальных служащих, наделенных полномочиями по распоряжению и управлению имуществом. Например, судебный пристав в соответствии с п. 2 ст. 12 ФЗ от 21 июля 1997 г. «О судебных приставах» имеет право арестовывать, изымать, передавать на хранение и реализовывать арестованное имущество, за исключением имущества, изъятого из оборота в соответствии с Законом. Таким образом, на определенных этапах имущество оказывается вверено приставу на основании Закона и он обладает по отношению к нему распорядительными, управленческими полномочиями.
    В качестве другого примера вверения имущества представителю власти с наделением его полномочиями по управлению имуществом можно привести случаи, регламентированные УПК РФ и Временной инструкцией о порядке учета, хранения и передачи вещественных доказательств, ценностей и иного имущества по уголовным делам в органах прокуратуры Российской Федерации. Согласно, в частности, п. 2.8 Инструкции при необходимости дополнительных исследований изъятых предметов: проведения экспертиз, предъявления для опознания, детального осмотра и т.п. — следователь вправе под роспись в книге учета вещественных доказательств получить их в камере хранения вещественных доказательств.
    Если пристав, реализовав полномочие по изъятию имущества, либо следователь, получив согласно данному порядку вещественное доказательство, стоимость которого может быть определена в соответствии с п. 25 Постановления Пленума от 27 декабря 2007 г., похитят это вверенное им имущество, то содеянное должно быть квалифицировано по ч. 3 ст. 160 УК по признаку использования виновным своего служебного положения.

    Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

Ответственность за мошенничество с использованием служебного положения

Мошенничество является уголовным преступлением, и поэтому за него можно получить даже серьезный тюремный срок. Существует немало разновидностей хищения денег или имущества с помощью обмана. Но мошенничество с использованием служебного положения встречается чаще всего.

Что является мошенничеством с использованием служебного положения

Мошенничество, с юридической точки зрения, – это присвоение чужой собственности, осуществляемое с помощью обмана или злоупотребления доверием. Если мошенник использовал свое служебное положение, это является отягчающим обстоятельством. Но важно понимать разницу между обычным мошенничеством с целью обогащения и превышением своих полномочий. Этот вид мошенничества также часто путают с присвоением или растратой, совершаемыми должностными лицами.

Но есть разница между этими двумя понятиями. В случае с присвоением (растратой) собственность должна находиться во владении виновного лица, в то время как мошенничество подразумевает присвоение имущества, пребывающего во владении другого лица. Например, растрата чаще всего касается государственного имущества, которое временно находится во владении должностного лица. В то время как мошеннические действия могут быть направлены и на частную собственность.

Одно их главных обстоятельств, характеризующее этот вид мошенничества, – это то, что использование служебного положения должно облегчить лицу получение чужой собственности. Например, в 2016 году двое полицейских Г.О. и О.Л., используя свое положение, требовали от гражданина Б.Р. сумму в размере 20 тыс. долларов за закрытие несуществующего уголовного дела. Действия полицейских были квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Практически аналогичное преступление совершил судебный пристав Г.Т. в марте 2017 г. Проживая в г. Екатеринбурге, он, воспользовавшись служебным положением, присвоил денежные средства на сумму 169 тыс. рублей. Было доказано, что виновный действовал исключительно из корыстных побуждений, поэтому его привлекли к ответственности на основании ст. 159 Уголовного кодекса.

Что касается состава данного преступления, то его нужно рассматривать с объективной и субъективной стороны. В первом случае:

  1. Мошенничество совершается с помощью обмана.
  2. Совершение преступления осуществляется на основании злоупотребления доверием.
  3. Обман и злоупотребление доверием может быть взаимосвязано и проявляться в таких формах, как предоставление ложных сведений, фальсификация предмета договора, «серые» схемы при финансовых расчетах и т.д. Под злоупотреблением доверия обычно подразумевается изначальные доверительные отношения между виновным и потерпевшим, которыми воспользовался мошенник.

Важно! Субъектом мошенничества с использованием служебного положения всегда выступает лицо, обладающее таким положением.

Существует дополнительная классификация мошенничества в зависимости от размера причиненного ущерба. Так как хищение собственности с использованием служебных полномочий относится к «специализированному» мошенничеству, размер ущерба несколько отличается от стандартного:

  1. Значительный. Минимум – 5 тыс. рублей.
  2. Крупный. От 1,5 млн рублей до 6 млн рублей.
  3. Особо крупный. От 6 млн рублей.

Если сумма похищенного составляет менее 5 тыс. рублей, то преступление квалифицируется как административное правонарушение. Ответственность за это предусмотрена санкцией ст. 7. 27 КоАП.

Квалифицирующие признаки

Для того чтобы квалифицировать правонарушение согласно ст. 159 (ч. 3) УК РФ, необходимо установить наличие служебного положения у субъекта. Такими признаками являются следующие факты:

  1. Преступник имел полномочия, позволяющие ему выступать представителем власти.
  2. Он наделен организационными или административно-хозяйственными полномочиями в государственных органах, различных силовых ведомствах и т.д.
  3. Является муниципальным или государственным работником.
  4. Мошенник занимает управленческую должность в организациях (государственных и частных).
  5. Лица, участвующие в афере, но не использующие служебное положение, являются соучастниками и привлекаются к уголовной ответственности по ст. 33 УК РФ.

Злоупотребление должностными обязанностями

Помимо привлечения к ответственности за мошеннические действия, должностное лицо может быть привлечено по ст. 258 УК РФ. С субъективной стороны, совершить это преступление может только гражданин, наделенный определенными полномочиями. Также он обязан иметь прямой умысел и личную корыстную заинтересованность в совершении противоправных действий.

Помимо личного интереса (обогащения, продвижения по службе), у должностного лица могут быть иные причины злоупотребления своими полномочиями. Поэтому, согласно уголовному законодательству, при привлечении субъекта к ответственности учитываются следующие обстоятельства:

  1. У лица была возможность использовать свои полномочия, но он этого не сделал.
  2. Субъект применял их вопреки своим обязанностям.

В первом случае субъект игнорировал необходимость использовать свое положение для разрешения ситуации, что привело к совершению преступления. Во втором случае все свои полномочия он не только не использовал в рамках служебных обязанностей, но и препятствовал исполнению этих обязанностей.

Итак, обе статьи Уголовного кодекса (ст. 285 и ч. 3 ст. 159) в качестве квалифицирующих признаков предусматривают использование субъектом своего служебного положения. Но юристы разграничивают злоупотребление полномочиями и хищение чужой собственности с использованием служебного положения. Поэтому лицо, чья деятельность квалифицируется как мошенничество, не будет привлечено по ст. 285 УК РФ.

И даже более того:

  1. Если должностное лицо злоупотребило своими полномочиями исключительно из корыстных мотивов, это не является присвоением (собственность была использована не по назначению, не была оплачена услуга, потерпевший понес упущенную выгоду и т.д.).
  2. Если в связи со злоупотреблением полномочий чужая собственность была изъята в пользу других лиц временно, это также не является хищением.
  3. К хищению (равно как и к мошенничеству) не относятся случаи, когда должностное лицо из-за своих действий нанесло материальный ущерб потерпевшей стороне, но при этом у субъекта не было корыстных целей.

Максимальный размер штрафа по статье 285 УК РФ – 300 тыс. рублей, а срок лишения свободы – до 7 лет. Если действия должностного лица повлекли тяжкие последствия, то срок тюремного заключения может быть увеличен до 10 лет.

Должностное лицо, использующее свое служебное положение для хищения чужой собственности, несет уголовную ответственность. Наказание и ответственность по статье 159 УК РФ следующие:

  1. Штраф в размере до 500 тыс. рублей.
  2. Обязательные работы (до 5 лет).
  3. Лишение свободы на период до 6 лет и штраф – не более 80 тыс. рублей.

Если есть подозрения в совершении лицом мошеннических действий, следует обращаться в полицию и писать соответствующее заявление. Сотрудники правоохранительных органов проведут ряд мероприятий для проверки данной информации и примут меры.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *