Судебная практика по вымогательству

ОБЗОР

судебной практики по уголовным делам о вымогательстве

за 2014 год — первое полугодие 2015 года

В соответствии с планом работы Орловского областного суда на второе полугодие 2015 года проведено обобщение судебной практики по уголовным делам о вымогательстве за 2014 год — первое полугодие 2015 года.

За анализируемый период судами области было рассмотрено 9 уголовных дел о вымогательстве в отношении 12 лиц.

По 8 делам постановлены приговоры в отношении 11 лиц.

В отношении 1 лица, совершившего общественно-опасное деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 163 УК РФ, применены принудительные меры медицинского характера.

Систематизированные по соответствующим пунктам и частям статьи 163 УК РФ сведения по уголовным делам в отношении осужденных (оправданных) лиц, приведены в таблице:

Статья

УК РФ

Количество дел

Количество лиц

Вид наказания

осуждено

оправдано

лишение свободы

иные виды наказаний

ч.1 ст.163

3

2

1

1

(ограничение свободы)

п. «а» ч.2 ст.163

1

2

2

п. «в» ч.2 ст.163

3

5

3

2

п. «б» ч.3 ст.163

2

1

1

1

Итого:

9

10

1

6

4

Дополнительные виды наказания применялись к 2 осужденным (ограничение свободы).

С применением ст. 73 УК РФ осуждено 3 лица, с применением ст. 64 УК РФ — 1 лицо.

Для сравнения в 2013 году рассмотрено 12 уголовных дел, по которым осуждено 7 лиц, одно уголовное дело прекращено, 4 уголовных дела возвращены прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Вымогательство определяется в законе как требование передачи чужого имущества или права на имущество или на имущественные права (наследственные, жилищные и др.), под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близким.

Анализируемый состав преступления является формальным. Вымогательство считается оконченным с момента предъявления требования на имущество, подкрепленного угрозой.

Следует отметить, что необходимо понимать под требованием — строгое указание, равносильное приказу. Форма требования значения не имеет. Оно может быть высказано как в устной, так и письменной форме, как лично, так и с использованием различных коммуникационных средств. Требование может быть как резким, грубым, так и изысканно-вежливым. Оно может быть как прямым, так и иносказательным, завуалированным.

Субъективная сторона вымогательства характеризуется наличием у виновного прямого, как правило, конкретизированного умысла и корыстной цели. Сознанием субъекта охватывается то, что требуемое имущество является чужим; у виновного нет права им распоряжаться; имущество будет передано только против воли собственника; угроза насилием, уничтожением или повреждением чужого имущества, шантаж, а равно само насилие рассматривается виновным как способ достижения желаемого им преступного результата.

На необходимость соблюдения требований закона при квалификации действий лиц по данной статье обращает внимание Пленум Верховного Суда РФ от 4 мая 1990 г. «О судебной практике по делам о вымогательстве».

Проведенное обобщение судебной практики по делам о вымогательстве, показало, что суды в целом правильно разрешают дела данной категории, соблюдают требования уголовного закона.

Предметом вымогательства по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 163 УК РФ, являлись денежные средства, недвижимость (квартира), транспортные средства (мотоцикл). Требование о совершении «других действий имущественного характера» судами области вымогательством в анализируемый период не признавалось.

Случаев, когда создавалась угроза причинения вреда, либо вред был причинен неопределенному кругу лиц (например, в случаях кибершантажа, распространения вредоносных компьютерных программ), а также когда угроза применения насилия, уничтожения или повреждения имущества была высказана не самому потерпевшему, а его близким, в практике судов области не было.

Имеются ли сложности при отграничении вымогательства от иных составов?

Суды области правильно отграничивают вымогательство от самоуправства. При этом судами учитывается, что исходя из диспозиции ст. 163 УК РФ вымогательство возможно лишь в отношении чужого имущества, на которое посягающий не имеет ни действительного, ни предполагаемого права.

Так, приговор Советского районного суда г. Орла от 28.07.2014, которым Б. осужден по ч. 1 ст. 163 УК РФ, обжалован осужденным и адвокатом в апелляционном порядке. В жалобах сторона защиты просила переквалифицировать действия Б. на ч. 1 ст. 330 УК РФ, при этом привела доводы о том, что потерпевший, который возглавлял автошколу, не оказал услугу надлежащего качества – прохождение полного курса обучения в автошколе. Поэтому потерпевший должен был возместить Б. материальный ущерб и упущенную выгоду в размере 120000 рублей, поскольку он хоть и получил свидетельство об окончании курсов в автошколе, но так и не научился водить автомобиль и потерял работу.

Судебной коллегией приговор оставлен без изменения. В обоснование принятого решения коллегия указала, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании установлено, что потерпевший ранее, до совершения в отношении него противоправных действий, долгов перед Б. не имел, а объективных данных о причинении осужденному реального ущерба не представлено. Следовательно, Б. не имел ни действительного, ни предполагаемого права на имущество потерпевшего и его действия судом квалифицированы правильно, как вымогательство.

Решая вопрос об отграничении грабежа и разбоя от вымогательства, соединенного с насилием, суды обоснованно учитывают, что если при грабеже и разбое насилие является средством завладения имуществом или его удержания, то при вымогательстве оно подкрепляет угрозу, а также то, что завладение имуществом при грабеже и разбое происходит одновременно с совершением насильственных действий, либо сразу после их совершения, тогда как при вымогательстве умысел виновного направлен на получение требуемого имущества в будущем.

Так, приговором Болховского районного суда Орловской области от 23.09.2014 действия Б. были правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 163 УК РФ. Судом установлено, что Б. из корыстных побуждений, находясь в доме Х., во время распития спиртных напитков, стал требовать у Е. мотоцикл «Днепр». Получив отказ, Б. стал угрожать потерпевшему убийством, после чего покинул дом Х. Затем утром Б. вернулся в дом Х., разбудил потерпевшего Е., которому высказал словесно угрозы применения насилия, и получив вынужденное согласие от потерпевшего, незаконно завладел мотоциклом «Днепр», а также потребовал от потерпевшего передачи 5000 рублей за моральный ущерб.

Что суды понимают под угрозой применения насилия, уничтожения или повреждения имущества, распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких?

Судами области верно учитывается, что угроза — психическое насилие как средство, побуждающее к исполнению предъявленного требования, должна быть действительной и реальной, то есть субъективно восприниматься потерпевшим как вполне осуществимая. Только такое запугивание способно оказать на него психическое воздействие и мотивировать требуемое поведение в интересах вымогателя.

Угроза выражается в трех формах: применения насилия, уничтожения, повреждения имущества, шантажа.

Шантаж — угроза распространения позорящих потерпевшего или его близких сведений, а равно иных сведений, распространение которых может причинить существенный вред законным интересам потерпевшего или его близких. Сведения могут быть как ложными — клеветой, так и истинными, например, связанными с информацией о состоянии здоровья потерпевшего, его близких, их аморальных поступках и т.п. В любом случае угроза должна быть реальной, то есть возможность ее исполнения для потерпевшего очевидной.

Приговором Заводского районного суда г. Орла от 28 мая 2014 г. К. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи денежных средств под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего и иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего, в особо крупном размере. Суд выяснял то обстоятельство, что высказанная угроза распространения сведений, позорящих потерпевшего Б., являющегося сотрудником органов внутренних дел, имела для последнего реальный характер, так как потерпевший знал, что подсудимый является учредителем газеты «Губернские будни», который предоставил ему выпуски газеты с имеющимися в них публикациями позорящих сотрудников УВД и должностных лиц г. Орла, обозначил название будущей статьи, предоставил план действий по сбору и распространению в отношении него негативной информации, при этом пояснил, что от бывших родственников имеет информацию о частной жизни потерпевшего. Поэтому у потерпевшего были все основания опасаться осуществления подсудимым высказанной угрозы.

Под угрозой применения насилия судами понимается обещание избить, покалечить, убить лицо, от которого требуют имущество или право на имущество, а также угроза изнасилованием, ограничением свободы, иными способами физического воздействия на потерпевшего.

Реальность угрозы определяется совокупностью факторов — судами учитывается, превосходство в численности вымогателей, личность вымогателей (наличие судимостей в прошлом и др.)

Однако, встречаются ошибки, когда без достаточных к тому оснований действия лица признаются вымогательством под угрозой применения насилия.

Приговором Мценского районного суда Орловской области от 25 июня 2015 г. З. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ. Действия осужденного квалифицированы как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное с применением насилия. Из описания преступного деяния следует, что З., имея умысел на вымогательство денежных средств у потерпевшего С., нанес последнему более 4 ударов кулаком в лицо. После этого, угрожая применением насилия опасного для жизни и здоровья С., потребовал передачи 200000 рублей.

Уголовное дело рассмотрено в особом порядке.

Как следует из материалов дела, в ходе предварительного следствия свидетели П., Н. и потерпевший С. показали, что З. избил С. и потребовал у него деньги. О том, что осужденный до или после применения насилия угрожал потерпевшему применением насилия, указанные свидетели и потерпевший не поясняли.

Таким образом, по делу имелись доказательства, которые подтверждают наличие в действиях З. квалифицирующего признака «применение насилия», но ставят под сомнение правильность квалификации действий З., как вымогательство с угрозой применения насилия.

В апелляционном и кассационном порядке приговор не обжалован.

При оценке реальности угрозы уничтожения или повреждения чужого имущества (сожжение дома или автомобиля), помимо психологического отношения самого потерпевшего к высказанной угрозе, учитывается и объективная возможность лица воплотить угрозу в реальность. Такая оценка при квалификации действий виновного сложности не вызывает.

Анализ дел по вымогательству, совершенному под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего, показывает, что суды области занимают верную позицию при рассмотрении указанных дел. При этом судами учитывается то, что являются ли сведения в действительности позорящими, и в какой степени их разглашение может причинить вред интересам самого потерпевшего, что всецело зависит от оценки и субъективного отношения к этим фактам лица, к которому вымогателем предъявлено соответствующее требование.

Так, давая правовую оценку действиям К. (приговор Заводского районного суда г. Орла от 28.05.2014), суд в приговоре указал, что распространение им сведений, позорящих потерпевшего, а также иных сведений, относящихся к его личной жизни, могло причинить существенный вред его правам и законным интересам, в частности, повлечь увольнение со службы в органах внутренних дел. Суд также признал «распространением» сведений при оценке действий виновного угрозу сообщения сведений в средствах массовой информации. При этом суд отразил, что подсудимый, выдвинув потерпевшему требование о передаче денежных средств, подкрепил его угрозой распространения негативной информации о его частной жизни в СМИ — газете.

В ходе обобщения судебной практики дел по вымогательству под угрозой распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам близким родственникам потерпевшего, не выявлено.

Вымогательство признается судами области совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Предварительный сговор между соисполнителями преступления должен состояться до его начала, то есть на стадии приготовления к вымогательству. Мотивируя квалификацию по указанному признаку, суды исходят из наличия свидетельств согласованности действий подсудимых, совместных угроз, осведомленности одних участников группы о намерениях других.

Так, приговором Малоархангельского районного суда Орловской области от 26 декабря 2014 г. С. и А. осуждены за то, что действуя по предварительному сговору, потребовали от потерпевшего М. передать им деньги, под угрозой применения насилия и уничтожения имущества. О наличии предварительной договоренности на совершение вымогательства свидетельствуют согласованность действий подсудимых, распределение ролей, неоднократные телефонные переговоры между ними в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, в том числе обсуждение размера вымогаемой суммы.

В ходе обобщения судебной практики встретилось одно дело, по которому судом дана верная оценка обстоятельствам дела и квалифицирующий признак совершения преступления «группой лиц по предварительному сговору» исключен из обвинения подсудимых.

Так, приговором Свердловского районного суда Орловской области от 23 декабря 2014 г. К., Л. и Г. осуждены за вымогательство, совершенное с применением насилия. Исключая из обвинения подсудимых квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» суд указал, что умысел на вымогательство возник у подсудимых после отказа потерпевшего устроить застолье для осужденного Г., при этом сначала Г. выдвинул требование о передаче денежных средств в размере 1000 рублей, а затем к нему присоединились остальные подсудимые, и также выдвинули требование передать деньги, но уже в сумме 2000 рублей, подкрепляя требование насилием.

Квалификация действий виновных лиц, совершивших вымогательство с применением насилия, особой сложности не вызывает.

Судами области учитывается, что насилие в данном случае по степени тяжести охватывает побои, умышленное причинение легкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, и их фактическое совершение дополнительной квалификации не требует.

Ошибок квалификации по указанному признаку в ходе обобщения не выявлено.

Согласно сложившейся практики — вымогательство в целях получения имущества в особо крупном размере означает, что преступник (или преступники) предъявил потерпевшему требование о передаче ему имущества или имущественных благ стоимостью, превышающей один миллион рублей.

Суды области правильно определяют состав вымогательства в целях получения имущества в особо крупном размере оконченным с момента предъявления требований потерпевшему, поскольку для применения указанного признака достаточно установить наличие у вымогателя самой цели получения имущества в особо крупном размере, хотя бы ему и не удалось ее достичь.

В ходе обобщения судебной практики дел по вымогательству, совершенному организованной группой, в целях получения имущества в крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не выявлено.

Следует отметить, что несмотря на то, что вымогательство является оконченным с момента предъявления требования (формальный состав), в качестве квалифицирующего признака причинение тяжкого вреда здоровью может быть инкриминировано лишь в случае реального наступления указанных последствий.

Стабильность судебных решений.

За отчетный период в апелляционном порядке обжаловано 6 приговоров по делам данной категории в отношении 7 лиц, из них оставлено без изменения — 4, изменено – 2. В кассационном порядке президиумом Орловского областного суда изменен один приговор и одно определение судебной коллегии по уголовным делам.

Таким образом, статистические данные свидетельствуют о достаточно высоком качестве рассмотрения судами уголовных дел о вымогательстве.

Ошибки, допущенные судами при вынесении приговоров по данной категории дел, относились только к вопросу назначения наказания.

Так, основанием к изменению приговора Заводского районного суда г. Орла от 24.07.2014 в отношении К., осужденного к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, явилось признание обстоятельством, смягчающим наказание осужденного на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие у него малолетнего ребенка. Документы об установлении отцовства были выданы после вынесения судом приговора и представлены в суд апелляционной инстанции.

Изменяя приговор суда и апелляционное определение, президиум Орловского областного суда в постановлении от 29 января 2015 г. указал, что суд первой и апелляционной инстанции не в полной мере учли, что К. имеет ряд хронических заболеваний, родители осужденного являются пенсионерами, инвалидами второй группы и до осуждения находились у него на иждивении. Кроме того, суд второй инстанции, правильно признав обстоятельством, смягчающим наказание осужденного – наличие малолетнего ребенка, не снизил размер назначенного наказания, поставив размер наказания в зависимость от нижнего предела санкции статьи уголовного закона. Суд кассационной инстанции признал обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного наличие у него на иждивении родителей‑инвалидов, его состояние здоровья и с учетом совокупности вышеуказанных смягчающих обстоятельств смягчил наказание осужденному до 5 лет лишения свободы, применив положения ст. 64 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ.

Приговором Малоархангельского районного суда Орловской области от 26 декабря 2014 г. А. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53 УК РФ.

Судебная коллегия, изменяя приговор ввиду неправильного применения уголовного закона, исключила указание о назначении А. дополнительного наказания в виде 1 года ограничения свободы по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ и по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, в связи с тем, что суд не указал при назначении окончательного наказания вид и размер дополнительного наказания, перечислив лишь ряд установленных ограничений.

Проведенное обобщение судебной практики по уголовным делам о вымогательстве, свидетельствует, что судами области в целом соблюдаются требования уголовного закона при квалификации действий лиц по ст. 163 УК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 4 мая 1990 г. «О судебной практике по делам о вымогательстве».

Вместе с тем, данное обобщение показало, что имели место изменения судебных решений, связанные с ошибками, допущенными судами при назначении наказания.

Приговор Тушинского районного суда города Москвы по пункту «а» части 2 статьи 163 УК РФ «вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, группой лиц по предварительному сговору».

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

Тушинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Х.Н.А.,

при секретаре Д.О.М.,

с участием государственного обвинителя помощника Тушинского межрайонного прокурора г. Москвы К.А.Д.,

подсудимых З.А.А., С.М.М.,

защитников — адвокатов К.В.С. (в защиту интересов З.А.А.), представившего удостоверение адвоката и ордер от 30 октября 2017 года, С.А.В. (в защиту интересов С.М.М.), представившей удостоверение адвоката и ордер от 20 октября 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

З.А.А., *, ранее не судимого,

С.М.М., *, ранее не судимого,

каждого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

З.А. А., С.М. М., каждый, совершил вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, группой лиц по предварительному сговору.

Так они, З.А.А. и С.М.М., в неустановленные время и месте, но не позднее 15 часов 40 минут 08 февраля 2017 года, являясь представителями Региональной общественной организации содействия защите прав потребителей в сфере торговли и услуг «Центр потребителей», которая занимается выявлением продавцов магазинов, осуществляющих розничную продажу алкогольной и спиртосодержащей продукции несовершеннолетним лицам, вступили в предварительный преступный сговор друг с другом, направленный на вымогательство денежных средств у указанных продавцов, под угрозой распространения позорящих сведений, путем направления соответствующей информации в правоохранительные органы для последующего привлечения указанных лиц к административной и уголовной ответственности.

После чего, они, З.А.А. и С.М.М., совместно друг с другом, для осуществления вышеуказанных целей неустановленным следствием способом, приискали несовершеннолетнюю * М.В., * года рождения и предложили оказать З. А.А. и С.М.М. помощь в качестве волонтера для закупок алкогольной и спиртосодержащей продукции в магазинах розничной торговли, при этом, не осведомив последнюю о своих истинных намерениях и таким образом получили согласие последней.

Затем, 08 февраля 2017 года, примерно в 15 часов 40 минут они, З.А.А. и С.М.М., совместно друг с другом и несовершеннолетней * М.В. проследовали на неустановленном следствием автомобиле к магазину ООО «888», расположенному по адресу: г. Москва, ул. Туристская, д. 20, корп. 1, где З.А.А. остался ждать условного сигнала в указанном автомобиле, а С.М.М. совместно с несовершеннолетней * М.В. зашли в указанный магазин, где последняя стала осуществлять покупку «Пивного напитка» ДНИ» у продавца указанного магазина * Н.Ф. при этом, предъявив последней паспорт гражданина Российской Федерации на свое имя, в то время С.М.М. зафиксировал на принадлежащий ему мобильный телефон марки «Samsung» указанные действия * Н.Ф. и * М.В.

После чего, С.М.М. вышел на улицу и позвал З.А.А. зайти в указанный магазин. Далее они, З. А.А. и С.М.М., совместно друг с другом, подошли к продавцу магазина * Н.Ф. и в то время, как С.М.М. начал заполнять «объяснительную», З.А.А. предъявил последней удостоверение инспектора Региональной общественной организации содействия защите прав потребителей в сфере торговли и услуг «Центр потребителей» на свое имя и объявил * Н.В., что она продала алкогольную продукцию несовершеннолетней, и при этом, показал паспорт гражданина Российской Федерации на имя несовершеннолетней * М.В., и под угрозой распространения сведений позорящих потерпевшую, а именно направления имеющейся видеозаписи и чека, подтверждающих совершение правонарушения, за которое предусмотрен штраф в размере от 30 000 рублей до 100 000 рублей, в правоохранительные органы для привлечения ее к административной ответственности, З.А.А. выдвинул требование о передаче ему и его соучастнику С.М.М. денежных средств в размере 5 000 рублей за не предоставление указанных сведений в правоохранительные органы. После чего, * Н.Ф., опасаясь распространения позорящих ее сведений и последующего привлечения к административной ответственности, была вынуждена в сложившейся обстановке передать им, З.А.А. и С.М.М., денежные средства в сумме 5 000 рублей.

Затем, они, З.А.А. и С.М.М., совместно друг с другом, примерно в 16 часов 05 минут, удерживая при себе денежные средства с места преступления скрылись, и распорядились указанными денежными средствами по своему усмотрению, чем причинили потерпевшей * Н.Ф. материальный ущерб на общую сумму 5 000 рублей.

Подсудимые З.А.А., С.М.М., каждый, ходатайствовали об особом порядке производства по данному делу, данное ходатайство было заявлено в ходе выполнения требований ст. 217 УПК РФ, поддержано каждым из подсудимых в судебном заседании после консультаций с защитниками. Предъявленное обвинение З.А.А., С.М.М., каждому, понятно, с предъявленным обвинением каждый из подсудимых согласен. З.А.А., С.М.М., каждый, пояснили, что последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства им разъяснены и понятны, свою вину в совершении преступления признают полностью, раскаиваются в содеянном.

Адвокат по уголовным делам К.В.С. ходатайство своего подзащитного З.А.А. о проведении особого порядка судебного разбирательства поддержал. При назначении наказания просил учесть признание вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении детей.

Адвокат по уголовным делам С.А.В. ходатайство своего подзащитного С.М.М. о проведении особого порядка судебного разбирательства поддержала. При назначении наказания просила учесть признание вины, раскаяние в содеянном, возмещение ущерба, принесение извинений потерпевшей, наличие на иждивении детей и родителей.

Потерпевшая * Н.Ф. не возражал о проведении особого порядка судебного разбирательства, о чем представил письменное заявление. Также просила С.М.М. строго не наказывать, причиненный ущерб ей возмещен. Претензий к нему не имеет.

Государственный обвинитель не возражал против применения особого порядка принятия судебного решения по уголовному делу в отношении З.А.А., С.М.М.

Выслушав подсудимых, принимая во внимание позицию государственного обвинителя, защитников, потерпевшей и письменные доказательства, имеющиеся в деле и подтверждающие вину каждого из подсудимых, а также, учитывая, что санкция рассматриваемой статьи Уголовного Кодекса РФ за совершенное З.А.А., С.М.М. преступление, предусматривает наказание до семи лет лишения свободы, каждый из подсудимых согласен с предъявленным обвинением, им разъяснены сущность и последствия особого порядка судебного разбирательства, ходатайство заявлено после консультации с защитниками – адвокатами по уголовным делам, суд считает возможным удовлетворить ходатайства подсудимых З.А.А., С.М.М. о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по настоящему уголовному делу.

Имеющиеся в деле доказательства суд признает допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ.

Проверив материалы уголовного дела, суд находит обвинение, предъявленное З.А.А., С.М.М., каждому, обоснованным.

Действия З.А.А., С.М.М., каждого, суд квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, группой лиц по предварительному сговору.

Изучение данных о личности З.А.А. показало, что он ранее не судим, на учете в НД и ПНД не состоит, по месту жительства характеризуется формально, по месту работы характеризуется положительно, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка * года рождения и малолетнего ребенка * года рождения, мать пенсионера по возрасту, написал явку с повинной.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в силу ст. 61 УК РФ, суд признает признание подсудимым З.А.А. своей вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка * года рождения и малолетнего ребенка * года рождения (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), матери пенсионера, явку с повинной (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание, в силу ст. 63 УК РФ, суд не усматривает.

Изучение данных о личности С.М.М. показало, что он ранее не судим, на учете в НД и ПНД не состоит, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка * года рождения и малолетнего ребенка * года рождения, по месту жительства характеризуется формально, имеет на иждивении родителей пенсионеров по возрасту, отца, являющего инвалидом 3 группы, возместил ущерб потерпевшей в добровольном порядке, написал явку с повинной, принес извинения потерпевшей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в силу ст. 61 УК РФ, суд признает признание подсудимым С.М.М. своей вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка * года рождения и малолетнего ребенка * года рождения (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), родителей пенсионеров, отца — инвалида, возмещение ущерба в добровольном порядке (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ), явку с повинной (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), принесение извинений потерпевшей.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в силу ст. 63 УК РФ, суд не усматривает.

При назначении наказания З.А.А., С.М.М., каждому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, отсутствие исковых требований со стороны потерпевшей, конкретные обстоятельства дела, личность подсудимых, и считает, что исправление подсудимых З.А.А., С.М.М. возможно без изоляции от общества.

Суд полагает возможным назначить З.А.А., С.М.М. наказание с применением ст. 73 УК РФ, возложив на них определенные обязанности.

С учетом данных о личности каждого из подсудимых, их материального положения, суд полагает возможным не назначать им дополнительное наказание в виде штрафа и в виде ограничения свободы.

Суд назначает наказание с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд с учетом конкретных обстоятельств дела, данных о личности подсудимых, не находит оснований для применения ст. 64 УК РФ в отношении Зайцева А.А., Соболева М.М.

С учетом конкретных обстоятельств дела, данных о личности каждого из подсудимых, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суд определяет судьбу вещественных доказательств по делу с учетом требований ст.ст.81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 316 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

З.А. А. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года лишения свободы, без штрафа и ограничения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ приговор в отношении З.А.А. в исполнение не приводить, а назначенное наказание считать условным с испытательным сроком в течение 1 (одного) года.

Возложить на З.А.А. определенные обязанности: один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление условно осужденных, не менять место жительства и место работы без уведомления вышеуказанного специализированного органа.

Меру пресечения З.А.А. до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде, оставить без изменения.

С.М. М. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года лишения свободы, без штрафа и ограничения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ приговор в отношении С.М.М. в исполнение не приводить, а назначенное наказание считать условным с испытательным сроком в течение 1 (одного) года.

Возложить на С.М.М. определенные обязанности: один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление условно осужденных, не менять место жительства и место работы без уведомления вышеуказанного специализированного органа.

Меру пресечения С.М.М. до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде, оставить без изменения.

Приговор может быть обжалован в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, с соблюдением требований ст. 317 УПК РФ.

А. БЕЗВЕРХОВ

Артур Безверхов, декан юридического факультета Самарского государственного аэрокосмического университета имени академика С.П. Королева (национального исследовательского университета), доктор юридических наук, профессор.

Принятое Верховным Судом РФ Постановление от 17 декабря 2015 г. N 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовного кодекса Российской Федерации)» представляет собой своевременный и плодотворный итог всестороннего и глубокого обобщения современной практики применения судами законодательства по названной категории уголовных дел. Этот источник судебной власти, будучи с точки зрения истории судебного толкования вторым Постановлением Пленума Верховного Суда РФ о судебной практике по делам о вымогательстве <1>, глубже и детальнее разъясняет сложные вопросы правоприменения в области предупреждения имущественных преступлений.

———————————

<1> Первое — Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 мая 1990 г. N 3 «О судебной практике по делам о вымогательстве» — признано в соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 г. N 56 утратившим силу.

Обратимся к особенностям рассматриваемой юридической конструкции. Как известно, одна из них — многообъектность вымогательства. В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 г. N 56 подчеркивается, что «характер общественной опасности преступления, предусмотренного ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, определяется направленностью посягательства на имущественные отношения, а также на личность (здоровье, неприкосновенность, честь и достоинство, иные права и законные интересы)». Исключение из сказанного составляет разве что вымогательство, соединенное с угрозой уничтожения или повреждения чужого имущества, которое посягает в целом на имущественные отношения <2>.

———————————

<2> Несомненно, запугивание причинением имущественного вреда как крайне негативное психическое воздействие способно оказать влияние на состояние физического, психического и социального благополучия конкретного потерпевшего. Однако такая угроза непосредственно направлена на достижение другого результата, а не на причинение вреда здоровью человека. К тому же ее отношение к поражению указанного блага носит потенциально возможный, а не реальный характер.

Этому многообъектному преступлению органически свойственны сложные (составные) основной и дополнительный объекты.

Что касается основного объекта вымогательства, он весьма широк по своему объему и разнообразен по содержанию, включая в качестве составных частей любые виды имущественных отношений:

(а) собственнические отношения (общественные отношения, складывающиеся в связи с реализацией права частной, государственной, муниципальной и иной формы собственности);

(б) другие вещные отношения (общественные отношения, складывающиеся в связи с реализацией таких вещных прав, как право хозяйственного ведения имуществом, право оперативного управления имуществом, сервитуты и др.);

(в) обязательственные отношения (общественные отношения, складывающиеся в силу возникновения договорных и иных обязательств, когда одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п. либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности);

(г) иные имущественные отношения.

Обязательным дополнительным объектом вымогательства выступают разнообразные права, свободы и законные интересы личности: здоровье (соматическое и/или психическое) человека, физическая (телесная) неприкосновенность, свобода, честь и достоинство личности, доброе имя, деловая репутация гражданина и юридического лица, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и др.

Как свидетельствует судебная практика, вымогательство может посягать одновременно на два и более дополнительных объекта (в частности, личную неприкосновенность, свободу, здоровье человека). Согласно материалам уголовного дела, по дороге домой автомашина потерпевшего была остановлена, нападавшие были в камуфляжной одежде с масками на лицах, один из них — в форме сотрудника ГИБДД, у двоих в руках были автоматы Калашникова. Потерпевшего поместили в другой автомобиль, положили лицом вниз, надели наручники и шапку, перевезли в незнакомый дом, в котором насильно удерживали до момента выполнения требования о выплате денежных средств. Указанную сумму бухгалтер фирмы З. привезла в назначенное место, после чего потерпевший был отпущен <3>.

———————————

<3> См.: Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 27 августа 2015 г. N 48-АПУ15-33 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 09.01.2016).

Реальное причинение вреда названным дополнительным объектам вымогательства влияет на квалификацию содеянного. Как представляется, вымогательство, сопряженное с похищением человека, незаконным лишением свободы или захватом заложника, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. ст. 163 и 126, 127 или 206 УК.

Согласно п. 9 Постановления от 17 декабря 2015 г. N 56, если вымогательство сопряжено с побоями, совершением иных насильственных действий, вызвавших физическую боль, а также с причинением легкого или средней тяжести вреда здоровью, истязанием, то такие действия виновного следует квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК как вымогательство, совершенное с применением насилия, без дополнительной квалификации по ст. ст. 112, 115, 116 или 117 УК.

В случае же умышленного причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему содеянное квалифицируется по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, не требуя дополнительной квалификации по ст. 111 УК.

Вымогательство, сопряженное с причинением смерти, образует совокупность преступлений и, соответственно, требует дополнительной квалификации по другим статьям УК. Так, если при вымогательстве причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего повлекло по неосторожности его смерть, содеянное следует расценивать как совокупность преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК. Вымогательство, сопряженное с убийством, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 163 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ <4>.

———————————

<4> См., в частности: Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 19 марта 2015 г. N 20-АПУ15-1 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 08.01.2016).

В соответствии с п. 12 Постановления от 17 декабря 2015 г. N 56 распространение в ходе вымогательства заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство потерпевшего и (или) его близких или подрывающих его (их) репутацию, незаконное распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, разглашение тайны усыновления (удочерения) вопреки воле усыновителя, незаконное разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, образуют совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. ст. 128.1, 137, 155 или 183 и ст. 163 УК.

В отличие от утратившего силу Постановления Пленума от 4 мая 1990 г. N 3 новые судебные разъяснения уделяют повышенное внимание предмету вымогательства. Такой подход представляется совершенно обоснованным. Ведь предмет — еще одна специфическая особенность вымогательства, делающая его непохожим на все другие имущественные правонарушения.

Согласно п. 2 Постановления Пленума от 17 декабря 2015 г. N 56, «к предмету вымогательства по смыслу статьи 163 УК РФ относится, в частности, чужое (т.е. не принадлежащее виновному на праве собственности) имущество, а именно вещи, включая наличные денежные средства, документарные ценные бумаги; безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, а также имущественные права, в том числе права требования и исключительные права». При этом под правом на имущество, с передачей которого могут быть связаны требования при вымогательстве (ст. 163 УК), Пленум понимает «удостоверенную в документах возможность осуществлять правомочия собственника или законного владельца в отношении определенного имущества».

Как разъяснено Верховным Судом РФ в п. 3 нового Постановления, «к другим действиям имущественного характера, на совершение которых направлено требование при вымогательстве, относятся действия, не связанные непосредственно с переходом права собственности или других вещных прав (в частности, производство работ или оказание услуг, являющихся возмездными в обычных условиях гражданского оборота; исполнение потерпевшим за виновного обязательств)».

Как видно, предмет вымогательства во всем многообразии и самобытности включенных в его содержание имущественных ценностей весьма широк и вбирает в себя (как и предмет взяточничества) любую выгоду имущественного характера <5>. Предметом вымогательства могут выступать как вещи (rec corporales), так и иные объекты имущественных отношений (rec incorporales) в той части, в какой они составляют экономическую ценность, имеют стоимостное выражение и подлежат денежной оценке.

———————————

<5> Имущественная (материальная) выгода — самостоятельная юридическая категория, имеющая особый правовой смысл. Квинтэссенция имущественной выгоды заключается в фактическом обогащении (увеличении) либо в сохранении (сбережении) имущественного состояния выгодоприобретателя. Имущественная (материальная) выгода вообще — это полученное в денежной или натуральной форме имущество, приобретенные имущественные права, а также имущество, сбереженное в связи с полным или частичным освобождением от исполнения имущественных обязанностей. Перечень таких выгод весьма широк и является открытым: безвозмездное обращение чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц; приобретение имущественных прав; уменьшение стоимости передаваемого имущества (в широком смысле слова); временное безвозмездное или по заниженной стоимости пользование чужими движимыми или недвижимыми вещами. Выгода имущественного характера может выражаться в незаконном получении льгот, кредита, освобождении от каких-либо имущественных затрат, возврата имущества, погашения долга, оплаты услуг, уплаты налогов и т.п. (см., в частности: пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»).

По уголовному делу установлено, что виновный вынудил потерпевшего подписать передаточное распоряжение на перерегистрацию акций на имя преступника, а также подписать две расписки о будто бы полученных от последнего денежных средствах. Затем вымогатель и неустановленные лица связали жертву, закрыли рот и нос с помощью скотча, умышленно лишив потерпевшего жизни <6>.

———————————

<6> См.: Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 6 мая 2015 г. N 48-АПУ15-11 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 08.01.2016).

Очевидно, что предмет вымогательства гораздо шире предмета хищения. Если хищение имеет своим предметом исключительно чужую вещь, то предмет вымогательства независим от вещественного содержания. Такая широкая трактовка предмета вымогательства придает этому посягательству своеобразный характер, отличающий его по действующему УК от всех других имущественных преступлений.

Перечень разновидностей предмета рассматриваемого является не только весьма широким, но и к тому же открытым. Предметом вымогательства могут быть имущественные выгоды в виде:

(а) получения наличных денег и безналичных денежных средств, документарных и бездокументарных ценных бумаг, валютных ценностей, иного движимого или недвижимого имущества (земельного участка, участка недр, квартиры или комнаты в жилых домах, нежилого помещения, предприятия или иного объекта, представляющего собой имущественный комплекс). При этом получение вышеуказанных имущественных ценностей может быть как связанным, так и не связанным непосредственно с переходом права собственности или других вещных прав;

(б) уступки (предоставления) имущественных прав, включающих в свой состав как право на имущество, в том числе право требования кредитора, так и иные права, имеющие денежное выражение, например, исключительное право на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации;

в) выполнения работ (например, выполнение строительных или ремонтных работ) или оказания услуг (например, передача виновному лицу купленных потерпевшим туристических путевок, ремонт квартиры или машины, строительство дачи и пр.), имеющих денежное выражение;

(г) прощения долга (отказ от требования возврата долга путем, например, уничтожения долговой расписки); скидки с долгов; отсрочки или рассрочки платежей; уменьшения размера арендных и иных платежей; получения льготных кредитов (снижение процентных ставок за пользование банковскими ссудами); исполнения потерпевшим имущественного обязательства виновного или других лиц (например, погашения долга);

(д) иного полного или частичного освобождения от имущественных обязательств, а равно неправомерного извлечения каких-либо других материальных привилегий или преимуществ.

Согласно материалам практики вымогательское требование может касаться, в частности, необоснованной передачи векселя, неравноценного обмена квартир, «добровольного» отказа в суде от права собственности на офисное помещение <7>.

———————————

<7> См.: Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 10 июля 2015 г. N 81-АПУ15-20 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 10.01.2016).

По смыслу ст. 163 УК РФ имущественные выгоды могут быть получены виновным или другим лицом безвозмездно (бесплатно) или с явно неэквивалентным возмещением (по заниженной стоимости), на определенный или неопределенный срок. Например, вымогательское требование может быть направлено как на безвозвратное отчуждение чужого движимого или недвижимого имущества, так и на передачу его во временное безвозмездное пользование виновного или другого лица.

Предметом вымогательства может быть не только имущество, находящееся в момент совершения преступления в собственности или владении потерпевшего (наличное имущество), но и имущество, которое заведомо для виновного вообще отсутствует у потерпевшего (неполученные доходы, будущие имущественные блага). Как справедливо в связи с этим замечено в доктрине, вымогательство возможно и в отношении таких вещей, которые еще не принадлежат потерпевшему и не могут быть предоставлены им виновному немедленно, но могут оказаться в его распоряжении в будущем <8>.

———————————

<8> См.: Познышев С.В. Особенная часть русского уголовного права: Сравнительный очерк важнейших отделов Особенной части старого и нового уложений. 3-е изд., испр. и доп. М., 1912. С. 268.

Как было указано ранее, предмет вымогательства имеет стоимостное выражение независимо от наличия или отсутствия у него вещественного содержания. Стоимость предмета вымогательства — существо его экономического признака. Поэтому истребуемые вымогателем имущественные выгоды как в виде получения чужого имущества, приобретения имущественных прав, так и в виде выполнения работ, оказания услуг и пр. должны получить денежную оценку на основании представленных доказательств; при отсутствии сведений о цене стоимость может быть установлена на основании заключения эксперта. Это положение объясняется и тем обстоятельством, что стоимостный размер вымогательства влияет согласно закону на квалификацию содеянного <9>.

———————————

<9> См.: Постановление Президиума Верховного суда Республики Марий Эл от 11 апреля 2014 г. по делу N 44-У-18/2014 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 08.01.2016).

При этом следует учитывать, что ответственность за вымогательство ядерных материалов, радиоактивных веществ, огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, ядерного, химического, других видов оружия массового поражения, материалов и оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, наркотических средств, психотропных веществ, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, а также предмета коммерческого подкупа или взятки предусмотрена в ст. ст. 204, 221, 226, 229 и 290 УК РФ.

Еще одним признаком, характеризующим объект вымогательства, выступает потерпевший. Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

В разъяснениях, содержащихся в п. 4 Постановления от 17 декабря 2015 г. N 56, Верховный Суд РФ уточняет, что «потерпевшим от вымогательства может быть признан не только собственник или законный владелец, но и другой фактический обладатель имущества (например, лицо, осуществляющее охрану имущества либо имеющее к нему доступ в силу служебных обязанностей или личных отношений), которому причинен физический, имущественный или моральный вред».

В дополнение к приведенным судебным разъяснениям замечу, что с учетом двухобъектности вымогательства и широты его предмета потерпевшим от этого преступления может быть и неимущее лицо:

(а) которое вымогатель по ошибке принял за собственника;

(б) у которого в момент совершения преступления нет наличного имущества, но последнее может оказаться в его распоряжении в будущем при обычных условиях гражданского оборота;

(в) которое принуждается виновным к оказанию услуг, выполнению работ или совершению иных действий имущественного характера, не связанных с передачей имущества.

Наконец, вымогательство не исключает множественности потерпевших, например, когда необоснованное имущественное требование адресовано нескольким лицам (сособственникам и пр.) либо когда жертва, к которой обращено имущественное требование, и адресат угрозы применения насилия не совпадают в одном лице.

В действующем УК не конкретизирован и не определен круг лиц — адресатов вымогательских угроз применения насилия и уничтожения (повреждения) чужого имущества. По смыслу закона эти виды угрозы могут касаться как лиц, к которым предъявлено требование, и их близких, так и других лиц. Другими словами, исходя из действующего УК, угрозы применения насилия и уничтожения (повреждения) чужого имущества могут быть адресованы не только лицу, к которому предъявлено требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера, но и его близким, а также любому другому лицу.

Что касается вымогательского шантажа (запугивания распространением сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких), в действующем УК ограничен круг лиц — адресатов таких угроз. В соответствии с законом вымогательский шантаж может быть обращен к лицу, к которому предъявлено имущественное требование, а также к близким этого лица.

В п. 5 Постановления от 17 декабря 2015 г. N 56 разъясняется, что к близким потерпевшего следует относить «его близких родственников (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки), родственников (все иные лица, за исключением близких родственников, состоящие в родстве с потерпевшим), а также лиц, состоящих в свойстве с потерпевшим, или лиц, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений».

Соответствующее определение категории «близких потерпевшему лиц» дано в вышеприведенном источнике судебной власти в соответствии с положениями, закрепленными в п. п. 3, 4 и 37 ст. 5 УПК РФ <10>. Хотя, на мой взгляд, точнее близких потерпевшему лиц определять как лиц, состоящих с ним в браке, родстве, свойстве, а также лиц, жизнь, здоровье и благополучие которых в силу сложившихся личных отношений или других жизненных обстоятельств заведомо для виновного дороги потерпевшему.

———————————

<10> В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» к близким потерпевшему лицам наряду с близкими родственниками могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.

С точки зрения объективной стороны вымогательству не свойственно изъятие чужого имущества. Получение виновным имущественной выгоды — результат поведения самого потерпевшего, действующего под принуждением. Вымогатель не стремится завладеть чужим имуществом путем его захвата или насильственного отторжения. Его целью является получение имущественной выгоды «из рук» принуждаемого. Если имущество под угрозой причинения вреда изымается (отбирается) самим виновным, содеянное образует при наличии к тому оснований состав грабежа или разбоя.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в определении по делу К. и Л. подчеркнула: вымогательство предполагает передачу потерпевшим своего имущества виновному, разбой же — непосредственное изъятие виновным у потерпевшего имущества с помощью насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, либо с угрозой применения такого насилия <11>. Примечательно, что аналогичное воззрение превалировало и в досоветском уголовном праве. Так, редакционная комиссия по разработке Уголовного Уложения 1903 г. в объяснительной записке указывала: «Что касается приведения в бессознательное состояние, то оно, будучи возможным способом посягательства при разбое, невозможно при вымогательстве, необходимо предполагающем посредствующую сознательную деятельность потерпевшего» <12>.

———————————

<11> См.: Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М.: Спарк, 2001. С. 766 — 767.

<12> Уголовное Уложение 22 марта 1903 г. С мотивами, извлеченными из объяснительной записки редакционной комиссии, представления Мин. Юстиции в Гос. Совет и журналов — особого совещания, особого присутствия департаментов и общего собрания Гос. Совета. Изд. Н.С. Таганцева. СПб., 1904. С. 877.

Согласно действующему уголовному закону вымогательское требование состоит в склонении потерпевшего к активной форме имущественного поведения, направленного на обогащение вымогателя или других лиц, — к совершению того или иного имущественного действия (передаче имущества, уступке права на имущество, совершению других действий имущественного характера). В связи с этим складывается впечатление, что буквальное толкование закона не дает оснований для признания вымогательским требования имущественного бездействия, как то: беспрепятственно уступить свое имущество, устраниться от владения, пользования или распоряжения конкретной вещью, отказаться от реализации имущественного права, освободить другое лицо от имущественных обязанностей, воздержаться от требования возврата долга, уклониться от совершения иных действий по имуществу.

Тем не менее представляется, что вымогательство есть принуждение жертвы не только к совершению имущественного действия, но и к отказу от его совершения — принуждение к имущественному бездействию. В подкрепление такой позиции можно обратиться к законодательному определению смежного с вымогательством преступления, предусмотренного ст. 179 УК. Здесь наказуемым обоснованно признается как принуждение к совершению сделки, так и принуждение к отказу от ее совершения.

По законодательной конструкции состав вымогательства является «усеченным». Сам факт передачи имущества либо совершения иных имущественных действий в пользу вымогателя или указанных им лиц может иметь место через известное время после совершения преступления, а может вообще не состояться. Получение в результате совершения вымогательства имущественной выгоды или, напротив, неосуществимость устремлений виновного по независящим от него обстоятельствам не оказывают влияния на правовую оценку содеянного.

Наличие у вымогательства «усеченного» состава делает невозможным, как правило, покушение на это преступление. Последнее мыслимо лишь в тех исключительных случаях, когда вымогательские требование и угроза не были доведены до сведений потерпевшего по причинам, не зависящим от воли виновного, в том числе в силу их своевременного пресечения правоохранительными органами. Например, неполученное адресатом письменное имущественное требование, соединенное с угрозой насилия.

В свете сказанного требовало своего уточнения определение момента окончания вымогательства, данное в ныне утратившем силу Постановлении от 4 мая 1990 г. N 3. Напомним, что согласно п. 8 этого документа вымогательство признавалось оконченным «с момента предъявления требования о передаче имущества под угрозой причинения вреда потерпевшему или его близким» <13>. Содержание момента окончания вымогательства весьма удачно уточнено в новом Постановлении от 17 декабря 2015 г. N 56, в соответствии с п. 7 которого «вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с указанной в части 1 статьи 163 УК РФ угрозой, доведено до сведения потерпевшего. Невыполнение потерпевшим этого требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления».

———————————

<13> Этим правилом строго руководствовались и нижестоящие суды. Так, Московский городской суд по конкретным делам указывал, что вымогательство следует считать оконченным с момента предъявления незаконного требования на имущество, подкрепленного соответствующей угрозой. См.: Постановление Московского городского суда от 22 августа 2012 г. N 4у/8-7027/12; Постановление Московского городского суда от 8 ноября 2013 г. N 4у/8-7704 // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 11.01.2016).

Таким образом, для признания вымогательства оконченным преступлением имеет юридическое значение, доведено ли требование до сведения жертвы.

Еще один вопрос квалификации — определение момента окончания вымогательства, совершенного «в крупном размере» и «в целях получения имущества в особо крупном размере». Сложность этого вопроса обусловлена неодинаковым законодательным описанием «крупного» и «особо крупного» вымогательства. В современной доктрине высказаны полярные точки суждения по данному вопросу.

По мнению одних исследователей, «вымогательство в крупном размере трактуется так же, как при любой форме хищения… Особо крупный размер должен ограничиваться лишь стоимостью требуемого имущества, поскольку в п. «б» ч. 3 ст. 163 УК речь идет не о факте, а о цели получения имущества в особо крупном размере, достижение или недостижение которой, как и при разбое, никоим образом не сказывается на квалификации деяния» <14>. Другими словами, согласно этой позиции вымогательство, совершенное в крупном размере, может быть инкриминировано виновному как оконченное преступление лишь в случае реального достижения преступного результата — получения вымогателем или другим лицом имущественной выгоды в сумме, превышающей 250 тыс. руб. Тогда как при совершении «особо крупного» вымогательства окончание этого преступления связывается с моментом предъявления имущественного требования, подкрепленного угрозой.

———————————

<14> Полный курс уголовного права: В 5 т. / Под ред. А.И. Коробеева. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2008. Т. III: Преступления в сфере экономики. С. 285 — 287.

По мнению других ученых-юристов, с учетом усеченного состава вымогательства фактическое завладение имуществом в крупном и особо крупном размерах для признания деяний оконченными не требуется. «Достаточно установить, что умыслом виновного охватывалось посягательство: на имущество; право на имущество; действия имущественного характера, эквивалентные суммам, превышающим 250 тыс. руб. (для вменения крупного размера) и 1 млн руб. (для вменения особо крупного размера)» <15>.

———————————

<15> Российское уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. В.П. Коняхина и М.Л. Прохоровой. М.: Контракт, 2015. С. 286. См. также: Энциклопедия уголовного права. СПб.: Издание профессора Малинина — СПб ГКА, 2011. Т. 18: Преступления против собственности. С. 625.

Верховный Суд РФ рекомендовал считать вымогательство «совершенным в крупном либо особо крупном размере, если требование направлено на передачу чужого имущества, права на имущество, производство работ или оказание услуг, стоимость которых на момент предъявления требования превышает стоимость, указанную в пункте 4 примечания к статье 158 УК РФ». Как видно, Пленум признал предусмотренное п. «г» ч. 2 ст. 163 УК преступление совершенным, если виновный требует от потерпевшего выполнить действия имущественного характера в целях получения выгоды в сумме, превышающей 250 тыс. руб. На мой взгляд, это весьма взвешенное судебное разъяснение, которое между тем не прекратит научные дискуссии по соответствующему вопросу.

Пристатейный библиографический список

1. Познышев С.В. Особенная часть русского уголовного права: Сравнительный очерк важнейших отделов Особенной части старого и нового уложений. 3-е изд., испр. и доп. М., 1912.

2. Полный курс уголовного права: В 5 т. / Под ред. А.И. Коробеева. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2008. Т. III: Преступления в сфере экономики.

3. Российское уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. В.П. Коняхина и М.Л. Прохоровой. М.: Контракт, 2015.

4. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М.: Спарк, 2001.

5. Энциклопедия уголовного права. СПб.: Издание профессора Малинина — СПб ГКА, 2011. Т. 18: Преступления против собственности.

Источник: журнал УГОЛОВНОЕ ПРАВО, №2, 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *